Решив, что не стоит откладывать встречу, я спрятал бумаги в двойное дно, надел камзол. И, оглядев себя в зеркале, шагнул в коридор, направляясь в самую дальнюю часть замка.

13. Лаура

Шел четвертый день. Как бы я ни вглядывалась в лица прислуги, пытаясь уловить хотя тень тревоги или скорби по поводу скоропостижной кончины графа Обержена, - все было тщетно. Ни намека на скорбь, ни единого перешептывания у дверей, все выглядело так, словно ничего не случилось.

Даже моя служанка, которая приходила и приносила еду, вела себя как обычно, была разговорчива. Но никаких разговоров про моего «мужа», все, как и раньше: завтрак, прогулка по миниатюрному саду, обед в одиночестве, чтение книг. Но как такое могло произойти, что никто не заметил мертвого графа?!

Даже если в ту комнату никто столько дней не заходил… Ну нет, слишком много в этом доме служанок. Они довольно часто снуют по коридорам, хорошо знают каждый уголок и закуток. Так вот. Если паники нет, это значит одно – Рональд Обержен жив, и я боюсь представить, чего мне от него ждать, что он задумал.

Но почему он тогда не пришел сразу?! Может, болен? А может готовиться меня по-тихому вывезти в лес и убить? Насколько я успела понять, его жена ему очень мешала, была помехой. Вряд ли он душил ее подушкой из-за великой любви.

Это подтверждали обрывочные воспоминания, которые всплывали в моем сознании. Лаура очень любила мужа, а он после первой брачной ночи в ее спальню за все эти годы ни разу не пришел, не переступил порог. И как раз перед тем, как моей душе притянуться в чужое тело, граф сообщил жене, что хочет поговорить с ней тет-а-тет.

Я закрыла глаза, пытаясь восстановить в памяти тот роковой день.

Вот Лауре приносят записку. Она берет ее дрожащими пальцами, разворачивает, читает, и на мгновение замирает. Не верит. Снова перечитывает, и лицо ее озаряется светом, которого, кажется, не было уже много лет.

Пять лет ожидания, пять лет одиночества, и вот оно, чудо: муж хочет увидеть ее, ждет в своих покоях. Девушка взволнованно ходит по комнате, ждет долгожданный час.

Она подходит к шкафу, лихорадочно перебирает платья, выбирает самое красивое и нарядное, а сорочку поддевает ту, что была на ней в первую брачную ночь. Руки дрожат, сердце бьется так сильно, что, кажется, вот‑вот вырвется из груди. В глазах слезы радости, на губах - улыбка, робкая и счастливая.

И вот она уже идет по коридорам замка. Слуг не видно. Она тогда подумала, что муж отослал всех, чтобы побыть с ней наедине, чтобы наконец исполнить супружеский долг, которого она так долго ждала и о котором мечтала.

С трепетом она открывает дверь… Видит мужа. Он сидит в комнате за накрытым столом, уже стоят бокалы с налитым вином. Муж улыбается ей, обворожительно и нежно.

- Добро пожаловать, дорогая, я тебя жду.

Лаура делает шаг вперед и проходит. Садится на стул, напротив мужа, пригубляет вино. Они начинают говорить. Она рассказывает о своих мечтах, о том, как верила, что однажды все изменится и он про нее вспомнит.

Граф слушает, кивает, подливает вина.

Постепенно голова начинает кружиться. Мир плывет перед глазами, в ушах подозрительный гул. Лаура растерянно смотрит на муж. Рональд же не отводит от нее глаз. Смотрит на нее пристально, с жалостью. Вот он встает, подходит, берет жену на руки, несет к кровати, кладет.

- Все хорошо, - шепчет он. - Отдыхай.

Она закрывает глаза и … начинает задыхаться.

Пытается поднять руки, но мышцы не слушаются. Судорожный вздох и … темнота.

- Аххх! – я резко открыла глаза, будто снова пережила тот миг. Дыхание участилось, ладони вспотели. Это было так реально, так жутко, что на мгновение я перестала отличать прошлое Лауры от своего.

Что ждет меня теперь?

В этот момент в дверь раздался настойчивый стук. Я вздрогнула, кровь отхлынула от лица. Он…

Только граф может стучать так властно, уверенно. Будто заранее знает, что ему нельзя не открыть.

- Лаура. - донесся мужской голос из‑за двери, низкий и ровный, я угадала. - Нам нужно поговорить. Сейчас. Открывай.

По спине пробежал холодок. Я замерла, лихорадочно пытаясь сообразить, что теперь делать. Притвориться спящей не вариант. Сделать вид, что не слышу? Но он не уйдет.

- Я жду, - добавил граф после короткой паузы.

Медленно поднявшись с кресла, я поправила платье, провела рукой по волосам, пытаясь унять дрожь. Нельзя показывать страх. Нельзя давать ему понять, что я думала, что убила….

Глубоко вздохнув, я подошла к двери и открыла ее.

Рональд Обержен стоял на пороге - высокий, статный, в черном камзоле с серебряной вышивкой.

Живой… Он живой… Я его не убила...

14. Разговор