Сцена, казалось, разворачивалась в замедленном темпе, как если бы я была зрителем своего собственного тела в действии. Я увидела, как рука Рэя резко поднялась, лезвие между его пальцами. Он был готов убить его. Но это было исключено. Тогда я поднялась, прежде чем броситься перед Казом, пытаясь оттолкнуть своими изувеченными руками его нападавшего. И что-то ударило меня по коже. Прямо под ключицей. Оно вонзилось в мою плоть. Я услышала пронзительный крик. Но это был не мой крик. Он казался далёким, но в то же время таким близким, что от него заболели уши.

С широко раскрытыми глазами я медленно повернулась к высокому брюнету, стоявшему позади меня. Я почувствовала, как горячие слёзы бороздят мои щёки. И я увидела его взгляд. Он казался ошеломлённым. И обеспокоенным. Очень обеспокоенным. Слишком обеспокоенным. Но почему я вдруг плакала? Ведь мне удалось. Он не убил его. Это сработало. Он был цел и невредим.

— Но почему ты…

Каз прервал фразу, когда его глаза опустились ниже. Чуть выше моей груди. И я последовала за его взглядом, обнаружив то, что так его беспокоило. Рукоятка ножа, торчащая из моей кожи. Моя кожа красная. Красная от крови.

Словно резкий возврат к реальности, боль пронзила меня. Мои губы задрожали. Я тяжело рухнула на пол, мои ноги, охваченные спазмами, больше не могли держать мой вес, в то время как даже дышать было невыносимо больно. Меня ударили ножом. Я собиралась умереть.

Моя дрожь распространилась по всему телу, пока я почувствовала, как чьи-то руки схватили моё лицо, и чей-то голос зовёт моё имя. Но мои глаза больше не могли оторваться от этого лезвия, вонзённого в мою плоть.

— Эрато! Смотри на меня, чёрт возьми!

Мои зрачки тут же погрузились в глаза Каза.

— Эй, всё будет хорошо, слышишь? Ты справишься! Так что оставайся со мной, мой ангел, хорошо? — прошептал он мне. — Оставайся со мной, чёрт возьми!

Я смотрела на него, не в силах ответить. Мне было больно. Так больно. И как бы я ни боролась. Боролась изо всех сил. Я чувствовала, как с каждой каплей крови, вытекающей из моей раны, мои веки неумолимо тяжелеют. Мне стало холодно внезапно. Слишком холодно. И вскоре я больше ничего не чувствовала. Ни рук Каза на себе, ни слёз, струящихся по моим щекам, ни этой боли в груди.

Внезапно издалека раздался шум, который я с трудом могла опознать. Но когда я поняла, что это, мой пульс снова участился: полицейская сирена.

Вокруг нас возникла паника. Рэй и его люди поспешили покинуть комнату, бросив нас там. Мои глаза встретились с глазами Каза. Он должен был уйти! Иначе он рисковал… Но его взгляд в моих глазах заглушил мои мысли. Он, казалось, обещал мне, или, скорее, безмолвно предупреждал меня, что никогда не бросит меня здесь.

Моя голова сильно закружилась, затуманивая зрение. Я почувствовала, как мои веки снова тяжелеют, ещё сильнее, чем в прошлый раз, в то время как звуки вокруг меня превратились в гул. Металлическая дверь с грохотом распахнулась, впуская людей в чёрном, а затем всё исчезло… Мои последние силы иссякли, и я закрыла глаза.

Помогите! Мне нужна была помощь. Иначе я… я…

26

Эрато

Мой череп невыносимо болел.

Я с трудом открыла один глаз, но тут же закрыла его, ослеплённая светом, который жёг мою сетчатку. Чёрт, что это за белизна? Я поморщилась, прикрывая глаза рукой, чтобы снова попытаться оглядеться. Я увидела комнату с абсолютно белоснежными стенами. Здесь было немного мебели. Большое панорамное окно, комод, зеркало, кресло цвета морской пены и эта огромная кровать, в которой я лежала.

А ещё рядом со мной была капельница. Я лежала в больнице?

Я попыталась сесть, но пронзительная боль в груди чуть не заставила меня закричать. Моя голова внезапно показалась мне тяжёлой, как свинец, как и всё остальное тело. У меня на большом пальце была огромная шина. Окинув взглядом остальное тело, мне потребовалась всего секунда, чтобы заметить толстую белую повязку, которая обматывала мою грудь и поднималась до плеча. Одно было ясно: я была в плохом состоянии. В очень плохом состоянии.

Но как я сюда попала?

Я с трудом поднялась, каждая часть тела ужасно болела. Покачиваясь, я подошла к большому зеркалу, висевшему над комодом, радуясь, что никто не видит эту жалкую сцену. Я, должно быть, выглядела жалко. И я получила подтверждение, увидев своё отражение в этом зеркале. Ужасно!

Мои тусклые и спутанные волосы были собраны на затылке, открывая лицо. Вокруг глаз были глубокие круги, а цвет лица был бледным, как у призрака: я была неузнаваема. Фиолетовый синяк украшал мою скулу, а уголок губы был разбит.

Пощёчина. Это из-за пощёчины.

Моё тело, в свою очередь, тоже выглядело плачевно. Я оглядела огромную повязку на груди. Каждый вдох причинял мне ужасную боль.

Нож. Это из-за удара ножом.