Я не успела среагировать. Крик, нет, скорее рёв раздался в комнате. Каз встал. Стул всё ещё был прикреплён к его запястьям, но он бросился на Рэя, нанеся ему такой сильный удар головой, что тот с чудовищным стоном рухнул навзничь.

— Ублюдок! — прорычал мой телохранитель.

Он резко пнул ногой в рёбра лежащего на земле мужчины, повторяя свой жест снова и снова, вкладывая всё больше силы. Он был в ярости, которую я никогда у него не видела. Она искажала его черты, делала его голос более низким, надувала его мышцы и казалась такой пылкой, такой разрушительной, что одновременно пугала и завораживала меня. Он излучал что-то подавляющее, пока изливал свою ненависть на неподвижное тело Рэя у своих ног.

Если он продолжит так, он его убьёт. Даже с руками, прикованными к стулу, Каз всё равно был настоящей военной машиной. И ничто не могло остановить его в этот момент. Или почти ничто.

Тяжёлая металлическая дверь камеры распахнулась за моей спиной. Двое громил, вооружённых тазерами, вошли в комнату, и как я ни кричала, чтобы предупредить Каза, ничего не помогало. Он, казалось, потерял слух, погружённый всем телом и душой в свою ярость, которую он обрушивал на то, что осталось от Рэя. Один из мужчин попытался остановить его, но Каз тут же использовал стул, всё ещё привязанный к его спине, чтобы оттолкнуть его, прежде чем нокаутировать ещё более сильным ударом головой, чем первый.

— Каз, остановись! — закричала я в панике. — Они сейчас…

Но я не успела закончить фразу. Второй громила направил первый электрический разряд в затылок Кровавого Жнеца, мгновенно обездвижив его тело. Он ударил его электрошоком ещё раз, чтобы вывести из строя, прежде чем оттащить подальше в комнату, туда, где он больше не смог бы дотянуться до нашего мучителя, всё ещё лежащего на полу. Я сдержала крик, когда увидела лицо последнего. Оно было обезображено, покрыто кровью, и он кашлял, пытаясь отдышаться.

Через несколько минут Рэй с трудом сумел подняться. Гримаса боли и ненависти искажала его лицо, и когда он приказал своим людям развязать Каза, во мне зазвучала оглушительная тревога. Он собирался его убить.

Двое мужчин подчинились, отцепив Каза от стула и заставив его встать на колени на полу, где они удерживали его. Рэй сделал шаг в его сторону. Моё сердце забилось, и ноги задрожали, когда я увидела, как он медленно достаёт из кармана острое и блестящее лезвие ножа. Он собирался его убить.

Моим первым инстинктом было попытаться встать, но эти проклятые наручники мешали мне пошевелиться. Думай, Эрато! Иначе он его убьёт! Внезапно воспоминание, как слабый проблеск надежды, вернулось ко мне, уступая место новой силе. Силе, которая излучалась из моих мышц, кипятила мою кровь и заглушала страх. Потому что я знала. Да, мой отец научил меня этому однажды. Самый быстрый способ освободиться от наручников…

Это вывихнуть себе большие пальцы.

Я вдохнула и выдохнула, осознавая боль, которую собиралась причинить себе. Но я могла только надеяться, что адреналин не позволит мне почувствовать её слишком сильно, потому что это было моё единственное решение. Иначе он его убьёт. А это было исключено.

В то время как я на секунду ощупывала свой палец, пытаясь определить самый простой способ вывихнуть кость, моё дыхание перехватило в груди, когда я увидела, как Рэй медленно наклоняется к моему телохранителю, лезвие блестело в свете лампочки.

— С чего мне начать, чтобы заставить тебя страдать, ты, сукин сын? — начал он. — Язык? Глаза? Зубы?

Эти слова подействовали на меня как электрошок, заглушив то немногое опасение, которое у меня ещё оставалось. Давай, Эрато, стисни зубы. Сейчас или никогда.

Хрусть.

Ужасная боль вырвала у меня стон сквозь стиснутые губы, пока моё дыхание сбилось, и зрение затуманилось. Несмотря на всё, мне удалось проскользнуть рукой вдоль стали. Ещё один, и я буду свободна.

Мой затуманенный взгляд направился к Казу, всё ещё стоящему на коленях. Его лицо было закрытым, не выражая никаких эмоций, в то время как нож висел над его лицом. Но я увидела, как его грудь поднимается и опускается быстрее, когда Рэй опасно приблизил лезвие к его щеке. Ему было страшно. Он собирался умереть. А я ещё могла его спасти.

Хрусть.

На этот раз я не смогла сдержать своего ужасающего стона. Когда я быстро выдернула вторую руку из оков наручников, все взгляды обратились ко мне, настороженные моим криком. Не теряя времени, я поднялась на дрожащих ногах, прежде чем броситься на вооружённую руку Рэя. Он выругался от злости, пытаясь оттолкнуть меня, но я обхватила его бицепс руками и изо всех сил укусила его за руку. Из него вырвался нечеловеческий крик, когда нож упал на бетон. Но он с силой оттолкнул меня, прежде чем резко пнуть меня ногой в живот, моя голова ударилась о пол в нескольких метрах от него.

— Проваливай, шлюха! — прорычал он. — И смотри, как я без колебаний вонжу этот чёртов нож в череп твоего телохранителя!

Он снова схватил холодное оружие и повернулся к Казу, обезумевший от ярости. Снова, без всякого контроля, мой инстинкт взял верх.