Невольно я вспомнила мужа. В первые годы он тоже хвалил меня, говорил, что я готовлю лучше его матери, что дом согревается моим теплом. Но потом, постепенно, он перестал это делать. Принимал всё как должное. А в последние годы вообще чаще придирался, чем был доволен.

Я старалась угодить ему, готовила по его вкусу, но он всегда находил недостатки: «Мясо сухое», «Суп недосолен», «А почему не то, что я просил?». И я снова старалась делать так, как он хочет, но ему опять что-то не нравилось. Внутри постепенно росла обида, словно трещина в фундаменте нашего дома.

Я отогнала эти мысли, когда услышала звук закипающей воды. Нет, я не хочу думать о нём. Не сейчас. Сейчас я здесь, я свободна и нужна, и это — моя новая жизнь.

К вечеру, когда все поужинали, я загрузила посудомоечную машину, прибрала на кухне, вытерла стол и села за свой маленький блокнот. Надо было продумать меню на завтра. Я записала: «Завтрак: овсянка с яблоками, омлет с ветчиной. Обед: борщ со сметаной, плов, овощной салат. Ужин: картофельное пюре с котлетами и салат оливье».

В дверь постучали. Стук был отчётливым и вежливым, но не настойчивым, как у Андрея. Скорее, робким. Я подняла голову от тетради и услышала, как кто-то кашлянул за дверью.

— Войдите! — громко сказала я.

Но никто не вошёл. Понятно. Все боятся нарушить указание Андрея. Я вышла из-за стола и открыла дверь. На крыльце стоял Саныч. Он выглядел не таким уверенным, как днём: переминался с ноги на ногу, словно не знал, с чего начать разговор.

Я быстро окинула взглядом округу. Андрея нигде не было видно — он, наверное, уехал за стройматериалами или куда-то ещё. На участке работали только рабочие.

— Вы что-то хотели? — как можно вежливей спросила я, чтобы человек не волновался.

Саныч поднял на меня виноватые глаза, и я сразу поняла, зачем он пришёл.

Глава 16

Он был похож на своего родственника только внешне — тот же тип лица, тот же разрез глаз. Но взгляд у него был мягким, почти умоляющим. В нём не было ни капли той хищной колючести, что была у его родственника.

— Да, хотел попросить за своего придурка прощения, — сказал он глухо, опуская голову. — И объяснить, что он не такой, каким кажется.

Он замолчал, а я ждала, чувствуя, как внутри поднимается неловкость. Саныч тяжело вздохнул и продолжил:

— Согласен, может, он перегнул со знакомством… Но он точно не насильник. Он в первый раз в тюрьму сел по глупости. Работал дальнобойщиком, взял посылку от знакомого, чтобы перевезти в другой город для какого-то родственника. Остановили гаишники, начали груз проверять, заглянули в эту коробку, а там… — Он досадливо махнул рукой и понурил голову. — Сама понимаешь, что нашли, — добавил он тихо, почти шёпотом.

Я кивнула, догадываясь, что именно там нашли.

— Следствие даже разбираться толком не стало, — продолжал Саныч, поднимая на меня глаза. — Отправили в колонию молодого парня. Он там, знаешь, как намучился? Когда вышел, на работу никуда не брали. Какое-то время он перебивался случайными заработками, а потом сошёлся с корешами, с кем в колонии познакомился, обнесли магазин ночью… — Он снова махнул рукой, словно отмахиваясь от страшной картинки, и посмотрел на меня прямо, в упор. — В общем, если сейчас его бросить на произвол судьбы, боюсь, опять куда-нибудь вляпается, — сказал он с такой болью в голосе, что у мне стало не по себе.

— Я понимаю вашу проблему, — ответила я, — но может, вам лучше не ко мне обратиться, а к Андрею?

Саныч вздохнул и покачал головой:

— Обращался я уже, он категорически против. Вот я и подошёл к тебе. Поговори с Андреем, тебя он послушает.

Я удивилась:

— Почему вы так решили, что именно меня послушает?

Его глаза прищурились в хитрой ухмылке, в них мелькнула тень той же хитрости, что я видела у его родственника, но без злобы.

— Потому что знаю и всё, — сказал он с лёгкой загадочностью. — Ну так что, поговоришь?

Я закусила губу. Внутри меня боролись два чувства: желание помочь этому несчастному парню, который, по словам Саныча, просто ошибся в жизни, и страх перед тем, что я могу оказаться не права.

— Я попробую, — ответила я наконец.

Саныч схватил меня за руку, чуть крепче сжал её.

— Спасибо, — проговорил он почти шёпотом. — Спасибо тебе, Лена.

Он отпустил мою руку и, не оборачиваясь, быстро пошёл к своим ребятам. Я смотрела ему вслед и думала о том, что сказать Андрею. Я не была уверена, что смогу уговорить его, но знала, что должна хотя бы попробовать. В конце концов, я сама оказалась в ситуации, когда мне нужен был второй шанс. Кто я такая, чтобы отказывать в нём другому?

Я уже хотела вернуться в дом, как вдруг заметила, что к участку подъезжает машина. Это был Андрей. Он вылез из своего внедорожника, держа в руках какой-то ящик, и крикнул рабочим:

— Выгружайте остальные!

Рабочие бросились к машине, а Андрей поставил свой ящик у старой дворовой постройки и повернулся ко мне. Увидев меня на крыльце, он нахмурился, словно почувствовал что-то неладное.

— Что-то случилось? — спросил он, подходя ближе.