Это был Эндрю Бартон. Алекс обернулся и увидел, что сам Повелитель молний шагает по мраморному полу в сторону лифта. На нем был модный, но не слишком дорогой синий костюм. Волосы его поседели сильнее, чем помнил Алекс, а вокруг глаз появились морщины, которых раньше не было. Он выглядел как человек, на плечах которого лежит тяжкое бремя ответственности.

Все адвокаты в вестибюле встали в ожидании, и теперь некоторые из них бросали на Алекса мрачные взгляды. Бартон, похоже, был рад, что ему пока не нужно с ними общаться.

— Я как раз думал о тебе, и вот ты здесь, — продолжил Бартон. — Я хотел поговорить с тобой о... — он внезапно замолчал, принюхался и указал на термос Алекса. — Что это?

Алекс в замешательстве сдвинул брови.

— Кофе? — предположил он, недоумевая, где Бартон пропадал все это время, раз не знает, как пахнет кофе.

Вместо ответа Бартон взял термос, поднес его к носу и глубоко вдохнул.

— Это не кофе, — сказал он, и на его лице появилась искренняя улыбка удовольствия. — Можно?

Алекс пожал плечами и протянул Бартону свою чашку, но Повелитель молний просто наклонил термос, вылив жидкость на другую руку. Не успев коснуться его руки, жидкость остановилась и начала кружиться, словно удерживаемая чем-то. На глазах у Алекса вокруг кофе, который Бартон держал в левой руке, материализовалась керамическая чашка, очень похожая на ту, что была у него в руках.

Что за люди эти колдуны? Вечно выпендриваются.

Алекс задумался, использовал ли он когда-нибудь свою магию, какой бы скудной она ни была, перед другими людьми, как это делали Бартон и Сорша.

— Ты лжец, Локерби, — обвинил его Бартон, сделав осторожный глоток темной жидкости. — Это не кофе, а нектар. Ты сам его сварил?

Алекс усмехнулся и покачал головой.

— Только не говори, что это твоя роскошная секретарша, — продолжил Бартон. — Я давно искал повод увести ее у тебя.

— Нет, — ответил Алекс. — К тому же она недавно обручилась.

— Жаль, — сказал Бартон, снова отпив из чашки. — Где ты это взял?

— Его готовит моя подруга-рунописец.

— Руна для кофе? — спросил Бартон с неподдельным интересом.

Алекс хотел было покачать головой, но, честно говоря, никогда об этом не задумывался. Игги снабжал доктора Келлен стеклянной посудой, на которую наносил руны, чтобы помочь ей в приготовлении зелий. А что, если Марни делает то же самое?

— Не знаю, — ответил он. — Но мы, рунописцы, не делимся своими секретами.

— Спроси своего друга, не хочет ли он устроиться на работу, — сказал Бартон, наполняя свою чашку из термоса. — Кофе в терминале отвратительный. Даже мой личный шеф-повар не может сварить ничего приличного.

Алексу было стыдно в этом признаваться, но его первой реакцией было оттолкнуть Бартона. В конце концов, Марни была его тайным источником хорошего кофе, и он не хотел делиться. Через мгновение он понял, что ведёт себя по-детски. Алекс хотел, чтобы Марни была в безопасности, а варить кофе для пассажиров в терминале Бартона или даже для самого Бартона, это было бы слишком. Алекс больше не мог обменивать её руны на кофе, но он вполне мог позволить себе просто покупать его.

— Я ей передам, — сказал он.

— Ей? — оживился Бартон. — Всё лучше и лучше.

Алекс спрятал улыбку, которая расплылась по его лицу при мысли о том, как Бартон заигрывает с Марни.

— Можно тебя на минутку? Я хотел кое-что спросить у тебя по поводу дела, над которым работаю.

— Пойдем со мной, — сказал Бартон, направляясь к лифту, ведущему в его кабинет, и не выпуская из рук термос Алекса.

Алекс вкратце пересказал историю Джун Мастерсон и Хьюго Эйерса, закончив рассказом о том, что тело Джун излучало остаточную магию.

— Нет, — сказал Бартон, когда двери лифта открылись в его роскошном кабинете. — Чародей не смог бы сделать то, что вы описываете.

— Ты уверен?" — спросил Алекс, вспомнив, что ещё минуту назад и подумать не мог, что такое вообще возможно, кофейная руна. — Человеческое тело слишком сложно устроено, чтобы чародей мог просто взять его под контроль и управлять им, как угнанной машиной, — сказал Бартон, наливая себе остатки кофе Алекса. — Чтобы творить магию, колдун должен понимать системы, с которыми мы работаем. Поэтому большинство из нас занимаются довольно простыми вещами, например создают энергетические или охлаждающие диски. Возможно, ты ищешь что-то вроде алхимии. Может быть, зелье, которое делает человека внушаемым?

Алекс не думал об алхимии, но это была неплохая теория.

 — Тебе знакомо имя Хьюго Айерса? — спросил Алекс.

Бартон на мгновение задумался, а потом покачал головой.

— А должно быть знакомо? — спросил он. — Он был бухгалтером в предвыборном штабе Уильяма Эшфорда.

Бартон удивлённо поднял бровь.

— И ты думаешь, что раз я поддерживаю Эшфорда, то мог желать его смерти? — спросил он.

— Нет, — солгал Алекс. — Но я подумал, что ты мог бы знать, была ли на то какая-то причина. Я не нашёл в жизни Хьюго ничего подозрительного, но кто-то его убил.

Бартон рассмеялся.