— А мы знаем, как я люблю совпадения, — пробормотал он себе под нос, когда поезд замедлил ход и остановился на станции "Эмпайр".

Он встал и вышел из вагона вместе с другими пассажирами, снова оглянувшись, чтобы убедиться, что за ним никто не следит. Убедившись, что за ним никто не идет, он почувствовал себя немного глупо и выбросил мысли о Шерри из головы. Он приехал в Эмпайр-Тауэр, чтобы встретиться с самым выдающимся чародеем Нью-Йорка, Повелителем молний Эндрю Бартоном, и ему нужно было сосредоточиться. Сорша упомянула, что Бартон будет присутствовать на предстоящих дебатах по выборам мэра и что в настоящее время он враждует с городскими властями. Это означало, что Бартон поддерживает Уильяма Эшфорда, а раз так, то он может знать Хьюго Айерса. После разговора с Соршей Алекс уже не верил, что Бартон мог с помощью магии заставить Джун Мастерсон убить Хьюго, но, возможно, он знал, почему Хьюго убили.

А может, Сорша ошибается, и Бартон на самом деле магический убийца, который заставит меня спрыгнуть с Эмпайр-стейт-билдинг за то, что я это понял, напомнил он себе.

В любом случае Алексу нужно было сохранять ясный и острый ум. Это всегда хороший совет при встрече с чародеями.

— Простите, Алекс, — сказал Гэри Бикман со своим безупречным британским акцентом, когда Алекс поднялся в офис "Бартон электрик". — Мистера Бартона сейчас нет на месте. А даже если бы и был, он уже опаздывает на встречу.

Бикман кивнул в сторону просторного вестибюля, где ждали полдюжины мужчин в дорогих костюмах. У некоторых из них в руках были кожаные папки, какие обычно носят юристы, а у одного прочная туба, в которой обычно хранят чертежи. Все они выглядели раздраженными и недовольными.

Алекс не завидовал повелителю молний, с которым ему предстояло встретиться, хотя, судя по виду ожидавших его людей, ни у кого из них не хватило бы смелости противостоять колдуну.

— Мне нужно всего пять минут, — сказал Алекс. — Когда он должен вернуться?

Бикман расстегнул свой шелковый смокинг и достал из жилета золотые карманные часы. Алекс устроил Бикмана на должность камердинера и привратника Бартона, и, похоже, это место подходило коротышке как нельзя лучше.

— Он должен был вернуться со встречи с окружной комиссией больше часа назад, — сказал он. — У него возникли проблемы с получением разрешения на строительство новой электровышки в Бронксе. Честно говоря, я не могу сказать, когда он вернется.

Алекс посмотрел на свои потрепанные латунные часы, старательно не обращая внимания на крошечный красный индикатор жизни. Было почти четыре часа.

— Я могу немного подождать, — сказал он.

Бикман нервно оглянулся на ожидавших его мужчин в дорогих костюмах.

— Я сообщу ему, что ты здесь, когда он придет, — сказал Бикман, наклонившись к Алексу, чтобы их не подслушали. — Но ничего не могу обещать.

Алекс ухмыльнулся и хлопнул невысокого мужчину по плечу.

— Не волнуйтся, — сказал он. — Если он меня не заметит, значит, так тому и быть.

Бикман, похоже, успокоился. Очевидно, быть привратником у Эндрю Бартона было непросто. По крайней мере, судя по всему, Бикман неплохо зарабатывал.

Алекс поблагодарил его и направился в противоположный конец огромного вестибюля, подальше от юристов. Они сидели в правой части, где вокруг низких столиков были расставлены удобные диваны и кресла. За ними вдоль стены тянулся ряд роскошных деревянных телефонных будок с дверцами из травленого стекла и полированной латунной фурнитурой. В левой части вестибюля было то, чего Алекс не видел ни в одном бизнес-офисе, где ему доводилось бывать, полностью укомплектованный бар с барменом. Там была полированная стойка из красного дерева с латунной планкой и высокими удобными барными стульями.

— Вам что-нибудь принести? — спросил бармен, когда Алекс сел на стул в дальнем конце стойки.

Алекс поставил на стойку свою сумку и достал термос, который дала ему Марни. Он не видел ее уже несколько часов, но за это время кофе не мог остыть.

— Не могли бы вы принести мне чашку для кофе? — попросил он, поставив термос на стойку.

Бармен улыбнулся, достал пустую керамическую чашку и вернулся к полировке стаканов. Радуясь тишине и уединению, Алекс открутил крышку термоса и наполнил чашку. Не став закручивать крышку, он взял чашку и сделал глоток. Кофе всегда поднимал ему настроение, но кофе Марни обладал особым волшебством. Охватившее его чувство обновления и прилива сил заставило его осознать, насколько он устал. Большую часть недели он потратил на поиски информации о Джун Мастерсон и участие в драме, которой была жизнь Вивиан Уэстлейк, и почти ничего не добился. Ему даже не заплатили за работу, которую он проделал для Джорджа Шеридана.

Со вздохом Алекс поднес чашку к губам и допил кофе. Он уже начал наливать вторую чашку, когда его окликнул голос из-за спины.

— Локерби!