Я беру один из дробовиков. Она заряжает их картечью. Опасно? Безответственно? Абсолютно. Это необходимо, когда у тебя есть три секунды, чтобы вырубить разъяренного Манананггала? Да, черт возьми.

 — А как же фентанил?

В дополнение к оружию, у нее есть спринклерная система, которая переключается с воды на аэрозольный фентанил, чтобы вырубить всех, если ситуация действительно выйдет из-под контроля. Нам пришлось использовать ее некоторое время назад, чтобы избавиться от оборотня. Оборотню не нужно было дышать, но как только мы уложим всех остальных, мы сможем пристрелить того, кто останется на ногах.

Габриэла качает головой.

— Пока нет. Парня, от которого я это узнала, Интерпол задержал в Таиланде месяц назад. У нас есть другой поставщик, но нам нужно нечто большее, чем просто фентанил. В одиночку это дерьмо более бесполезно, чем перцовый баллончик против большинства жителей.

— Я думаю, они в кафетерии, — говорю я. — Я почувствовал, что там люди умирают.

Многие жильцы, вероятно, были там, когда люди Джимми взорвали крышу. Я чувствую, что умираю, и изо всех сил стараюсь не обращать на них внимания.

Почему это так сильно меня задевает? Из-за этого жужжания у меня под кожей?

Габриэла поднимает руку, когда мы доходим до угла. Я останавливаюсь. Я тоже это слышу. Люди бегут. Люди в ботинках. И, судя по звуку, они несут тяжелое металлическое оборудование.

Я не чувствую поблизости никакой магии. Это обычные люди? Я не хочу рисковать и выяснять это.

Я достаю из своей сумки тонкий, хрупкий диск, хлопаю Габриэлу по плечу и протягиваю ей. Я мимикой показываю, что хочу, чтобы она сделала.

Она кивает, затем разламывает диск пополам, разбрасывает осколки по углам и прикрывает глаза.

Мы отворачиваемся, и в последнюю секунду я накладываю на нас заклинание тишины. Я вижу вспышку даже с закрытыми глазами, но ничего не слышу.

Секунда, и мы за углом, заклинание тишины снято. Не нужно долго гадать, чтобы понять, что это нехорошие парни. Противогазы, черная форма, автоматы.

Судя по всему, они не ожидали сопротивления. Кто бы их ни нанял, он не посвятил их в детали. Позади них в коридоре я вижу тела. Кто-то из местных, кто-то из наемников.

Габриэла бьет одного из них прикладом в лицо, и тот падает, а другого в живот, так что он сгибается пополам. Она поднимает дробовик к его лицу и спускает курок. Мешок с костями или нет, но с такого расстояния от его головы ничего не останется.

Я пытаюсь выстрелить, но дробовик заклинивает, и я размахиваю им над головой, как топором. Никого не задеваю, но я и не рассчитывал. Мне просто нужно было отвлечь их.

К тому времени, как двое оставшихся приходят в себя, я уже держу в руке опасную бритву и набрасываюсь на них. Лезвие рассекает одному из них шею, доходя до позвоночника.

Второй пытается выхватить пистолет, но я выбиваю его у него из рук. Однако он быстр. Не успеваю я опомниться после удара, как он выхватывает нож из ножен на поясе. Лезвие рассекает мне руку, прежде чем я успеваю отбить удар бритвой. Магия моих татуировок вступает в дело, но она не всесильна. Рана неглубокая, но все равно очень болезненная.

Он замахивается, но на этот раз я готов к удару. Он наносит удар ножом. Вместо того чтобы блокировать его, я наношу удар бритвой, рассекая нож посередине, до самой рукоятки. Бритва проходит мимо его запястья, прежде чем он это чувствует, но он должен понять, что что-то не так, когда видит, что его рука болтается, как банановая кожура.

Это отнимает у него много сил, и он даже не пытается блокировать мой удар, когда я полосую его по животу, вспарывая его, с одной стороны, на другую. Кишки вываливаются на пол.

Он падает на колени, пытаясь собрать их обратно. Это никогда не срабатывает. Особенно, когда он весь истекает кровью. Но, думаю, ему есть чем заняться в свои последние минуты.

— Никуда не уходи, — говорю я. Он смотрит на меня своими маленькими зрачками. — Нам с тобой нужно поговорить.

Я наблюдаю, как жизнь угасает в его глазах, чувствую его смерть всем своим существом.

Габриэла подбегает к паре ординаторов, которые пытаются встать. Я иду помочь еще одному. Вероятно, это вампиры — их до смешного трудно убить.

— Ты сможешь справиться с этим без меня? — Спрашивает Габриэла. — Этим людям нужна помощь.

— Я хочу сказать "нет", — отвечаю я. — Но да, я справлюсь. Береги себя.

— Подожди, — говорит она. Она притягивает меня ближе и крепко целует. — Мы поговорим.

— Надеюсь, после мы сможем сделать больше, чем просто поговорить, — говорю я. Она улыбается.

— Никто не говорит, в каком порядке все это должно происходить.

— Я знал, что полюбил тебя не просто так.

Дерьмо. Я на секунду замираю. Неужели я снова все испортил? Блядь. Черт, черт, черт.

Она в ответ снова меня целует.

— Я тоже тебя люблю, — шепчет она. — Иди.