— Да, — сказал Макс и сам удивился, как уверенно это прозвучало. — Я вам помогу.

Менкхофф ничего не ответил — только несколько раз кивнул.

— Но повторю: первым делом мы должны попытаться найти Лею.

— Бенца я уже велел просветить насквозь. Теперь-то мне можно. Полная карта перемещений по данным мобильного, все номера, на которые он звонил и с которых звонили ему, его следы в интернете, оплаты картой… вся программа.

— Это хорошо. — Макс решил испытать Менкхоффа. — Знаю, это не совсем по правилам, но я попросил бывшего коллегу из Дюссельдорфа сделать то же самое.

Менкхофф окинул его серьёзным взглядом, и Макс уже решил, что в следующий миг грянет менкхоффовская гроза, однако комиссар лишь кивнул.

— Значит, Бёмер втихаря копает в моём деле. Это явно против служебных предписаний. — Он протянул Максу руку. — Ну вот, другое дело. Меня зовут Бернд.

Макс пожал её.

— Макс.

— Кстати, прокурор дала согласие, чтобы в понедельник утром с Ханной побеседовала психолог. Правда, тебе нельзя присутствовать напрямую, но ты сможешь следить за разговором вместе со мной из соседней комнаты.

— А можно мне сначала поговорить с психологом? Передать ей пару вопросов, которые она задаст Ханне?

Менкхофф ухмыльнулся.

— Официально — нет.

— Хорошо. Спасибо.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Глава 36

ГЛАВА 36

Через два часа после разговора в пиццерии были готовы результаты вскрытия и первый анализ места преступления, проведённый криминалистами, — о чём Менкхофф тут же сообщил Максу по телефону.

Дома Макс как раз заносил на доску свежие выводы и заметки, когда раздался звонок. Поначалу казалось, что в том, что собирался рассказать Менкхофф, особых неожиданностей нет.

— Начну с обычного, — сказал он. — Как мы уже знали, Бенцу выстрелили в голову сзади из короткоствольного оружия. Пулю калибра 9 мм мы нашли в кромке деревянного шкафа. Раневой канал идёт чуть-чуть вверх, под углом, — значит, стрелявший был примерно одного роста с Бенцем. Резаные раны на гениталиях, надо надеяться, были болезненными, но не настолько глубокими, чтобы он от них истёк кровью. На трусах и на брюках — пятна крови. Похоже, Бенц натянул штаны обратно, когда убийца закончил кромсать. А потом убийца, видимо, снова их спустил — после того как пустил ему пулю в череп: уж очень ему понравилось зрелище. Любопытно вот что: после убийства пол, судя по всему, пропылесосили. Пригодных следов почти нет, к тому же на насадке пылесоса коллеги обнаружили кровь.

— Отсюда и смазанный край кровавой лужи.

— Да. А в остальном — ни одного следа, который что-то бы нам дал.

— Светлых волос нет?

— Вообще никаких волос.

— Чёрт, было бы слишком просто.

— Да, но утешься: самое интересное я приберёг напоследок. Ребята из айтишки, которые ковыряют компьютер Бенца, кое-что откопали. Я в этих делах не спец, но, если правильно понял, любой файл, который открываешь на компьютере, оставляет какие-то следы. Они называют это временными файлами. Эти следы держатся до тех пор, пока отведённая под них память не заполнится и поверх не запишется новое. То есть даже удалённые файлы оставляют следы.

— И что они нашли на компьютере Бенца? — вклинился Макс: объяснение тянулось слишком долго.

— Как раз к этому и веду. Похоже, прошлой ночью на компьютере открыли несколько файлов с внешнего жёсткого диска. Среди них минимум два видео. Но самого диска мы не нашли.

— Хм… — Макс был слегка разочарован. — Это могло быть что угодно. Отпускные фотографии и ролики, например.

— Могло бы — если бы не странные имена файлов.

Макс прикинул: уж не нарочно ли Менкхофф тянет, чтобы помучить его.

— Ну говори же, что с именами файлов?

— Есть два разных имени, они повторяются и различаются только цифрами на конце. Например, фотографии «Marie2», «Marie6» и «Marie9».

Макса как обожгло.

— Что? Одну из девочек, которые тогда пропали, звали Мари.

— Именно. А хочешь знать, как называлось первое видео, которое открыли?

У Макса возникло дурное предчувствие — будто железный кулак ударил под дых.

— Да.

— «Leni3».

— Твою мать! — Больше он в эту минуту выдавить не смог.

— Да. Ты понимаешь, что это, скорее всего, значит. Четверо коллег там, переворачивают весь дом вверх дном. Чует моё сердце: найдём этот диск — здорово продвинемся.

В голове у Макса вдруг наступила странная пустота, не дававшая собрать ни одной ясной мысли. Лишь когда Менкхофф, выждав, окликнул его по имени, он испуганно отозвался:

— Да?

— Всё нормально?

— Да… нет. Я… мне надо подумать. Перезвоню.

— Давай.

Макс положил трубку, упёрся локтями в стол и прижал лоб к ладоням.