Макс предположил, что сведения распространил кто-то из местных полицейских.

— Именно это вас так тревожит?

Брандштетт посмотрел на Макса.

— Наверное, любого потрясёт убийство знакомого молодого человека.

— Да, конечно.

Винодел снова уставился на столешницу и тихо произнёс что-то, чего Макс не расслышал. Судя по взгляду Вагнера, тот тоже ничего не понял.

— Простите, что вы сказали?

— Я его видел, — повторил Брандштетт всё так же тихо, но теперь достаточно громко, чтобы Макс его услышал.

— Кого вы видели?

— Петера.

— Петера Каутенбергера? — уточнил Макс.

Брандштетт кивнул.

— Да. Я видел его сегодня утром.

Вагнер посмотрел на Макса и удивлённо поднял бровь.

Макс ответил ему взглядом и снова обратился к Брандштетту:

— Где вы его видели? И когда именно?

— Здесь, во дворе. Он просто стоял и смотрел на дом. Было около шести.

Макс вспомнил утверждение матери Каутенбергера.

— Как это произошло? Вы случайно посмотрели в окно и увидели его? В такое время на улице ещё кромешная тьма. Это не мог быть кто-то другой?

— Нет. Я был во дворе и стоял в десяти метрах от него. Это был Петер.

— Что вы делали во дворе в шесть утра?

— Я всегда встаю в это время. Был на кухне и услышал снаружи какой-то шум. Вышел посмотреть — и увидел его.

— А потом? — нетерпеливо спросил Макс. — Что случилось потом? Вы с ним разговаривали?

Брандштетт посмотрел на дверь, ведущую во двор.

— Я окликнул его по имени, а он просто развернулся и ушёл.

Макс откинулся на спинку стула и снова обменялся взглядом с Вагнером.

— Я знаю, что вы думаете, но мне всё равно. — Брандштетт внезапно словно ожил. — Я знаю, что видел. Это был Петер. Он вернулся.

— Но, господин Брандштетт, откуда он мог вернуться? Где мог находиться больше двадцати лет? И почему вернулся именно сейчас?

— Он хочет отомстить!

— Отомстить?

Макс внимательно наблюдал за виноделом и увидел, что тот уже пожалел о сказанном.

— За что он мог захотеть отомстить?

— Понятия не имею. Просто мысль пришла. Может быть, за то, что тогда никто всерьёз не пытался его найти?

Для Макса это прозвучало уклончиво, но он чувствовал, что больше ничего от Брандштетта не добьётся.

— Вы кому-нибудь об этом рассказывали? Отцу?

— Нет. Он решил бы, что я сошёл с ума. Как и любой другой в посёлке.

— Но если человеком, которого вы видели, действительно был Петер Каутенбергер, то велика вероятность, что его заметил кто-то ещё. Вы так не думаете?

— Возможно.

Помолчав, он тише добавил:

— А может, и нет. Возможно, он не хотел, чтобы его заметили, а я увидел его лишь случайно, потому что уже не спал.

Брандштетт поднялся.

— Мне нужно вернуться в подвал. Вы сами найдёте выход.

Макс даже не попытался его задержать. Он знал, что это не удастся.

Когда Макс и Вагнер вышли из большого здания, Брандштетта-старшего во дворе уже не было.

— Здесь что-то очень нечисто, — сказал Макс, когда они покинули территорию винодельни и направились обратно к пансиону.

— О да, — подтвердил Вагнер. — Его объяснение было более чем слабым и неправдоподобным. Он сказал, что услышал шум и поэтому вышел на улицу. Кто бы там ни стоял, если он хотел остаться незамеченным, то вряд ли стал бы в шесть утра шуметь так громко, чтобы его услышали в доме.

— И всё же странно, правда? Сначала его мать утверждает, что видела Петера, теперь — бывший друг. Кстати, я забыл снова спросить об Инго Гёрлице и о том, почему они с Брандштеттом больше не дружат.

— Судя по всему, после исчезновения Каутенбергера их сплочённая компания распалась. Если принять во внимание ещё и записи Габриэле Майнингер, я прихожу к выводу, что вся компания была каким-то образом связана с его исчезновением.

— Если Каутенбергер действительно вернулся, значит, по крайней мере, он жив.

— Да, если это и в самом деле он сегодня ночью обошёл посёлок, позаботившись о том, чтобы мать и бывший друг увидели его и смогли об этом рассказать.

Макс остановился.

— Вы думаете, кто-то выдаёт себя за Петера Каутенбергера? Но зачем… Подождите! Я понял, к чему вы клоните. Если Каутенбергера видели живым, значит, он не умер. Следовательно, никто не может быть виновен в его смерти.

— Вижу, вы не утратили способности сопоставлять факты, дорогой Макс.

Они пошли дальше, и через несколько шагов Макс сказал:

— Кроме того, мужчина, который по непонятным причинам исчез двадцать два года назад, а теперь вернулся, чтобы за что-то отомстить, прекрасно подходит на роль убийцы Джессики.

— Было бы интересно узнать, не навещал ли сегодня ночью этот Петер и Мелли.