— Он сказал, о чём пойдёт речь?

— Хочет передать мне фотографии погибшей. Всё остальное решил обсудить лично.

— И что? — Вагнер откинулся на спинку стула. — Я иду с вами?

Макс покачал головой.

— Думаю, будет лучше, если я встречусь с ним один. Может быть, вы вместе с Яной выясните, есть ли у жертвы в Клоттене другие родственники.

Макс нашёл в браузере смартфона смотровую площадку и проложил к ней маршрут. Через несколько минут он вышел из пансиона.

К счастью, дождь прекратился, а кое-где между облаками даже появились крошечные светлые просветы.

Уже через две минуты Макс добрался до маленькой станции Клоттена. Переходя пути по асфальтированному переходу, он разглядывал обветшавшее здание вокзала, облупившаяся штукатурка которого когда-то была окрашена в оранжевый цвет.

Деревянные двери криво висели на петлях и выглядели так, словно их уже много лет не открывали. Судя по состоянию путей, станция ещё действовала, но самим зданием, по всей видимости, давно не пользовались.

Оставив станцию позади, Макс, следуя указаниям смартфона, прошёл по узкому переулку к большому тёмному дому, который, судя по буквам поперёк фасада, когда-то был трактиром «У колодца». Теперь бывшее заведение представляло собой печальную картину запустения. Пустые окна без занавесок таращились на него, словно тёмные глаза, придавая грязно-бежевому фасаду угрожающий и неприветливый вид.

Минут через десять, миновав ещё несколько пустующих и множество нарядно ухоженных домов, Макс вышел на улицу, которая поднималась к смотровой площадке и где-то переходила в узкую тропу, описанную Корнмайером по телефону.

Чем ближе Макс подходил к руинам замка, тем более зловещими они казались. От некогда наверняка внушительного сооружения остались полуразрушенная башня слева и жалкие фрагменты широкого здания справа.

Полицейский уже ждал Макса и приветствовал его коротким кивком.

— Спасибо, что пришли. — Он вытянул руку, указывая назад, на руины. — Внушительно, правда?

Макс лишь мельком посмотрел в ту сторону и сразу снова повернулся к Корнмайеру.

— Давайте к делу. Зачем вы назначили мне встречу здесь?

— Потому что вам я больше доверяю раскрытие этого дела, чем этому напыщенному… чем главному комиссару уголовной полиции из Кобленца. И потому, что убеждён: убийство связано с событиями тех лет, о которых вы и так уже расспрашиваете жителей посёлка.

— Почему вы так думаете?

— Потому что то, что тогда пытались скрыть, и сегодня могло бы доставить серьёзные неприятности нескольким семьям виноделов.

— И что же это?

— Не знаю. Но за эти годы я достаточно часто разговаривал с местными, и они то и дело делали намёки, которые сводились к одному: двадцать пять лет назад произошло нечто, что могло бы навлечь серьёзные неприятности на некоторые семьи Клоттена, стань это известно.

— О каких семьях идёт речь?

— Этого я тоже не могу сказать. Но думаю, та давняя компания, к которой принадлежали Габриэле Майнингер и Петер Каутенбергер, имеет к этому отношение.

Макс на мгновение задумался. Во время предыдущих разговоров у него тоже возникло отчётливое ощущение, что люди многое от него скрывают.

— Кстати, как и вы, я считаю, что исчезновение Петера Каутенбергера было связано со всей этой историей.

— Вы тогда участвовали в… — Макс оборвал вопрос: Корнмайер был, вероятно, ещё слишком молод, чтобы уже служить в полиции во время того расследования.

— Нет. — По лицу Корнмайера скользнула улыбка. — Тогда я ещё ходил в школу.

Макс кивнул.

— Можно посмотреть фотографии?

— Да, конечно.

Корнмайер завозился с курткой и не без труда извлёк смартфон. Несколько раз коснувшись экрана, он протянул телефон Максу.

— Вот, пожалуйста. Их немного, но, думаю, на них видно всё важное.

Макс взял смартфон и посмотрел на первую фотографию. На ней было тело Джессики Майнингер, лежавшей на спине между виноградными лозами. Она была одета, рот слегка приоткрыт, а между синюшными губами выглядывало что-то, что с этого ракурса невозможно было разглядеть. Вокруг рта Макс заметил тёмные пятна, которые принял за засохшую кровь. Глаза Джессики были закрыты.

Макс перелистнул на следующую фотографию — крупный план шеи молодой женщины. На коже отчётливо виднелись тёмные следы от пальцев, расположенные характерным рисунком, который оставляют с силой стиснувшие шею руки. Макс предположил, что судебные медики подтвердят смерть от удушения.

Весь следующий снимок занимало бледное лицо погибшей. Теперь было хорошо видно, что пятна вокруг рта — запёкшаяся кровь. Макс сумел опознать и то, что выглядывало между её губами. Это были засохшие виноградины.

Он поднял глаза на полицейского.

— У вас есть объяснение, почему у неё во рту виноград?

— Нет. Но взгляните на следующую фотографию.