Статуя конного воина, стоявшая в центре площади, видимо, была для жителей Баку признанным местом притяжения. Там располагался газон со скамейками, цветочными клумбами и киосками, где продавали еду и напитки. Ионидес указал на кольцевую дорожку вокруг статуи:

–Усевшись там, мы сможем видеть всё вокруг. Вы голодны, мисс Сильвер?

–Я съела булочку, но она была символическая. Тоненькая.

Дойдя до светофора, Лира и шедший слева вплотную Иондес остановилась в ожидании разрешающего сигнала. Кроме них, там собралось ещё человек пять-шесть.

–Они где-то рядом?—шепнула она. Ей ответил деймон-геккон:

–Они тут, смотрят. Когда зажжётся зелёный, будут переходить улицу вместе с нами.

Вполголоса, но так, чтобы Ионидес и Аста слышали, Лира сказала:

–Тогда мы пойдём медленно, отстанем от остальных, а потом развернёмся, словно бы передумали, и побежим назад. По моему сигналу. На красный они перебегать не рискнут.

–Мисс Сильвер…—начал было Ионидес, но тут зажёгся зелёный, и первые пешеходы вышли на проезжую часть.

Лира двинулась за ними, Ионидес шёл вплотную слева, а те двое присоединились к прочим. Пройдя переход на три четверти, Лира скомандовала: «Сейчас» и бросилась назад. Аста летела стрелой впереди неё; Ионидес тоже не стал мешкать.

Для их преследователей это стало сюрпризом. Сперва они замерли, намереваясь было последовать за Лирой, но потом, видимо, сообразив, что это их выдаст, заколебались. Светофор тем временем переключился, и транспорт начал движение, вынудив их бежать к ближайшему тротуару; в результате они оказались отрезанными от объекта слежки.

–Отлично, мисс Сильвер,—сказал Ионидес. –Теперь надо успеть скрыться, пока они на той стороне.

Они свернули на ближайшую отходящую от площади улицу, затем направо, на более узкую, потом налево, и оказались на ещё одной оживлённой торговой улице, у остановки, к которой как раз подходил автобус.

–Садимся!—скомандовала Лира.

Вместе с ещё тремя пассажирами они зашли в двери. Ионидес спросил что-то у водителя, купил билеты, и они заняли места поблизости от дверей.

–А вы везучая, королева Сильвер,—сказал он. –Знаете, куда он идёт? К морскому пассажирскому терминалу.

–Лучше и быть не могло,—ответила она.

–Пакет с почты ещё при вас?

–Конечно.

Когда автобус отъехал, все четверо: Лира, Ионидес, Аста и деймон-геккон огляделись, чтобы окончательно убедиться, что за ними нет слежки. Никого хоть сколько-нибудь подозрительного в салоне не было.

Лира достала пакет, обвязанный верёвкой и запечатанный сургучом. Её одолевало любопытство.

–Вы знаете, от кого он?—спросил Ионидес.

–Понятия не имею; но адресован королеве. Так что, думаю, он может быть только от Мустафы-Бея.

Она пригляделась к печати на сургуче, сравнив её с отпечатком его кольца на своём пропуске. И да, они были идентичны: две изящно сплетенные арабские буквы.

–Такая же, да?

–Да. Чтобы его вскрыть, придётся сломать печать; но, видимо, так и задумано. Жаль. Над ней основательно потрудились…

Автобус полз по пробкам в окружении плотного потока транспорта. Сломав печать и раскрошив сургуч, Лира увидела, что та скрывала завязанный на верёвке сложный узел. Пока она ослабляла ногтями одну петлю за другой, Ионидес вёл наблюдение за улицей, за всеми, кто входит в салон, за соседними зданиями и за тем, насколько успешно Лира продвигается к цели.

–Может, разрезать?—сказал он наконец.

–Нет. Уже почти всё. Вдруг понадобится верёвка.

–Малкольм бы тоже её прибрал,—сказала Аста.

Лира распутала последнюю петлю, сняла верёвку и, сложив, спрятала в карман блузки. Затем развернула коричневую бумагу и обнаружила внутри другой пакет, с другим адресом: Алеппо, кафе «Марлетто», Мустафе-Бею для мисс Лиры Сильвертонг.

Пока автобус делал очередную остановку, высаживая четырёх пассажиров и принимая трёх, Лира обнаружила, что вместе с этим пакетом внутри лежит записка с оттиснутой на ней красной печатью Мустафы-Бея:

Ваше величество, кем бы ни был человек, отправивший мне для вас эту посылку, он проявил большую находчивость и доверие, которые, надеюсь, будут вознаграждены, когда вы её вскроете. Надеюсь также, что путешествие в Баку было для вас комфортным. С сердечными пожеланиями, Мустафа-Бей.

–Как только окажемся на пароме, в безопасности, я напишу для него отчёт,—сказала Лира.

Второй пакет был запечатан уже не сургучом, а липкой лентой, и жирно надписан чёрными чернилами. Обратного адреса не было. И надпись, и упаковка подталкивали к мысли, что это делалось наспех. Лире пришлось долго отдирать эту ленту, и прежде, чем она развернула пакет, автобус остановился.

–Лучше пока спрячьте,—тихо сказал Ионидес.—Это конечная, паромный терминал.