В этих руках сейчас покоился вес всей вселенной и моей судьбы. Я вложил свои ладони в ее, кожей ощущая незримое присутствие предков, которые совершали тот же ритуал в начале своего пути.

Ее ладони оказались горячими, а в радужках вспыхнули отсветы древнего пламени.

Я прерывисто вздохнул.

Она заговорила глубоким, певучим голосом:

— Пять черных сердец взывают. Пять черных сердец жаждут. Именно эта пятерка поет свою мрачную, одинокую песнь, призывая свою королеву. Д… — Она шумно вздохнула и моргнула, словно возвращаясь в реальность. — Дракон, — произнесла она с едва заметной улыбкой. — Дракон.

В зале воцарилась тишина — мертвая, звенящая тишина, пока мы переваривали услышанное.

— Королеву? — подал я наконец голос. — Почему речь идет о… о королеве?

— Похоже, — медленно проговорила Селеста, косясь на отца, который грозно возвышался позади меня. — Что у тебя Регина.

У меня от удивления отвисла челюсть.

— Значит, у меня будет стая из пяти самцов? — благоговейно прошептал я. — Я один из пяти, кто будет служить аниме.

— Вон, — отрезал отец. — Пошла вон.

Селеста вскинула голову, но благоразумия ей было не занимать: она быстро поклонилась, сошла с помоста и стремительно покинула тронный зал. Едва за ней захлопнулась дверь, как отец принялся мерить шагами комнату, раздраженно бормоча:

— Она ошиблась. Нужно было вызвать лорда Агнис для чтения. Это не может быть правдой. Как это вообще может быть правдой? Регина? Для моего сына? — Он резко остановился, с ног до головы оглядывая меня, словно выискивал физический изъян. Его взгляд метнулся к матери, и он ткнул в нее пальцем: — Это все твоя порода. Ни один мой сын не станет рабом Регины. — Он выплюнул это слово, словно какую-то мерзость, что, на мой взгляд, было явным преувеличением.

Разве так уж плохо иметь Регину? В конце концов, я всегда хотел брата. Сразу четыре — это, конечно, испытание, но нет ничего, с чем бы я не справился. Отец сам меня этому учил.

Но тут вкрадчивый, ядовитый голос зазвучал в моих собственных мыслях:

Как ты сможешь быть королем драконов, если твоя судьба — прислуживать королеве?

Я посмотрел на отца; тот созерцал меня так, словно перед ним стоял чужак.

— Нам плевать, что там выдает ментальный план связи. Драконы сами вершат свои судьбы, так было всегда. Мы продолжим жить так, словно ничего не произошло. Это понятно? — Он бросил уничтожающий взгляд на мою мать и сестру. Те торопливо закивали, округлив глаза от страха.

— Ксандер? — рявкнул он, и его глаза опалили меня яростью.

Вынырнув из размышлений, я вытянулся струной:

— Драконы сами вершат свои судьбы, отец. Ни один зверь не встанет у меня на пути. Ни самец, ни самка.

Он удовлетворенно кивнул и развернулся, взметнув полы шелковой мантии. Но даже произнося эти слова, я невольно поднял руку и коснулся теплой кожи на шее, скрывающей метку, которую видел только я. В ушах гремела музыка, но сквозь нее я отчетливо слышал глубокий, певучий голос Селесты:

Именно эта пятерка поет свою мрачную, одинокую песнь…

Глава 31

Ксандер

Lithium — Nirvana

Я шагаю к покоям родителей, на ходу стягивая волосы в узел. Только что из душа, но тело уже покрывает испарина, мысли несутся наперегонки, а сердце бешено колотится.

Внутренний дракон беснуется — трещит по швам моя суть, когти рвут нутро, выжигая остатки разума. Я сжимаю ладонь на груди, приказывая ему остановиться, но он упорно продолжает меня уничтожать.

В памяти вспыхивает образ ведьмы-гиены, которая зубоскалила надо мной той ночью. Каким-то образом она знала, что это произойдет. Ее мерзкие слова звучат в голове погребальным звоном.

Я посылаю отцу робкий, вымученный мысленный запрос. Тот отвечает с обреченным вздохом. Подойдя к темно-зеленым двустворчатым дверям, украшенным золотым гербом нашего дома, я поднимаю руку и провожу пальцами по рельефному крылу дракона.

Дверь сама собой распахивается, являя сидящего в приемной отца с бокалом виски в руке.

— Я полагал, к этому часу ты будешь глубоко… увлечен беседой со своей новой женой.

Поморщившись, я переступаю порог и силой мысли захлопываю за собой дверь.

— У меня на уме другие заботы, — процеживаю я, запуская пятерню в волосы.

Бешеная энергия клокочет внутри огненным штормом, заставляя меня мерить комнату шагами от стены к стене.

— Дракон сводит меня с ума. Он в такой ярости, какой я у него еще никогда не видел.

— Ты рассчитывал на мое сочувствие? — скучающим тоном отзывается отец. — Расплачиваться за свои поступки тебе придется в одиночку.

Я замираю и в упор смотрю на него. Он хладнокровно выдерживает мой взгляд. Отблески камина окрашивают половину его лица в багрово-оранжевый цвет. Я ведь сделал все, о чем он просил. Все это было ради нашей семьи.

— Когда я упал, у меня из уха вылетел наушник. Едва не случилась катастрофа. Я мог бы…