По ее щеке скатывается слезинка, но она являет мне милость и открывает глаза, взмах длинных темных ресниц так и манит меня за собой. Мне хочется присвоить это сокровище. Хочется снова утащить ее в свое логово, к своему золоту.

Она глубоко вдыхает, и меня затапливает дикий восторг от понимания того, что ей приятен мой запах. Я наклоняюсь еще ближе, давая ей надышаться мной.

— Дай мне то, чего я хочу, — шепчу я. — Пожалуйста.

Это, кажется, пробуждает в ней интерес. Она слегка отстраняется, заглядывая мне в глаза.

— Умоляй.

Мой член мгновенно каменеет. Не отрывая от нее взгляда, я медленно опускаюсь на колени прямо на залитую кровью пленку. Мы так близко, что я не выдерживаю и прижимаюсь лбом к ее животу, а руками скольжу вниз, оглаживая пальцами ее икры. Она вздрагивает. Я смотрю на нее снизу вверх, упоенный той властью, которую она имеет надо мной. Способная довести меня до такого стояка, до такого отчаянного голода по ее ласке.

— Пожалуйста, — шепчу я. — Пожалуйста, позволь мне обладать тобой.

Она едва заметно качает головой, что заводит меня до беспамятства.

— Плохо просишь.

— Я не смогу жить, зная, что ты никогда не будешь моей, — говорю я, глядя, как мерцают эти сапфиры ее глаз. Мои пальцы скользят по задней поверхности ее бедер. — У тебя такая нежная кожа. Молю, позволь мне попробовать ее на вкус. Ласкать языком. Впитывать губами.

Ее дыхание становится тяжелым, но она все равно качает головой. Внутри у меня все горит. Я выписываю пальцами крошечные круги на ее коже.

— Аурелия, — выдыхаю я. — Если ты позволишь мне поласкать твою киску, хоть разок лизнуть твой клитор, я умру счастливым, зная, что напоследок вкусил райского блаженства. Я отчаянно хочу зарыться лицом в твою сладкую пизду. Если я не услышу твоего стона от наслаждения, это меня убьет. — Я мягко сжимаю ее бедра сзади. — Моя жизнь зависит от того, коснутся ли твои губы моих. Блядь, у меня так сильно стоит.

Она опускает взгляд в поисках доказательства — спортивные штаны натянулись шатром от напряжения моего члена.

— Хочешь вылизать меня, Ксандер?

Я утыкаюсь подбородком в ее живот, впитывая ее запах и наслаждаясь тем, как мое имя звучит из ее уст.

— Я перебью всех тварей в этой академии ради одной лишь ласки. Ради одного поцелуя в эту драгоценную киску, Лия. Я сожгу весь этот гребаный штат заживо ради одного взгляда на тебя, распластанную и голую на этом обеденном столе.

Она протяжно вздыхает, отступает на шаг и стягивает платье через голову. Мне нечем дышать, мысли путаются, когда она бросает платье на пол и расстегивает бюстгальтер. Он тоже летит вниз, и мой разум окончательно мутится от безумного вожделения.

— Дар, — шепчу я, протягивая руку и проводя пальцем по ее бедру. — Ты просто гребаный дар этому миру. И мне.

— Сними это. — Она указывает на крошечные синие стринги, которые остались на ней.

— Можно мне поцеловать здесь? — выдыхаю я, указывая на низ ее живота и втайне надеясь, что она разрешит.

— Да, — тихо роняет она, делая шаг ко мне.

Я подаюсь вперед, обхватываю руками ее бедра и прижимаюсь губами к тому месту, где ткань касается кожи. Мягкий, сладкий рай. Не выдержав, я приоткрываю рот и провожу языком по этой безупречной плоти. Мои пальцы взбираются по задней стороне ее бедер к самой голой попке. Она тихо стонет, подаваясь ко мне и запуская пальцы в мои волосы.

Я цепляю пальцами полоску стрингов и плавно тяну их вниз, одновременно направляя потоки исцеляющей магии в ее правую ногу и целуя нежную кожу чуть выше лобка. Окутывая ее своей силой, я отрываю ее от пола и усаживаю на обеденный стол. Ее глаза горят лихорадочным блеском, она заводит руки под колени и подтягивает их к себе.

Если бы я и так не стоял на коленях, я бы рухнул замертво при виде этого зрелища. Влажная, сладкая киска распахнута прямо передо мной. Прекраснейший самоцвет, которому в эти следующие мгновения, если она позволит, я буду поклоняться.

У меня текут слюнки, и стоит мне податься вперед, как она смотрит на меня сверху вниз.

Ее голос заставляет меня замереть.

— А что, если я прикажу тебе только смотреть?

Я вцепляюсь в ножку стоящего рядом стула, чтобы удержаться на месте.

— Тогда я буду молиться на твою киску, стоя здесь на коленях, как перед алтарем.

Она пристально смотрит на меня, и я с трудом отрываю взгляд от ее лона, чтобы встретиться с ней глазами. В ее взоре читается вызов, и от этого я облизываю губы.

— Пожалуйста, — умоляю я. — Всего один раз.

— Только один раз, — кивает она.

Я сглатываю в предвкушении, дыхание становится прерывистым, пока я настраиваюсь. Я подползаю ближе и замираю губами прямо над ней, вдыхая этот пьянящий аромат, из-за которого хочется провалиться в нее и никогда не возвращаться. Я выдыхаю воздух на ее клитор, и она содрогается.