— В моей работе я усвоил, что лучше переходить мосты, когда до них дойдёшь19.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Я поехала домой так быстро, как только могла. Зайдя домой, я заставила себя почистить кошачий лоток, переодеться и умыться, прежде чем сесть с телефоном в руках.

Первый номер был неверным — люди на другом конце линии, похоже, не понимали, о чем я спрашиваю, а когда я попыталась «гипотетически» объяснить, они пригрозили вызвать полицию.

На второй звонок ответила приветливая секретарь.

— Извините, у господина Хенриха все расписано, — сказала она и повесила трубку.

Я посмотрела на последний номер.

— Пожалуйста, сработай, — Минни подошла и уткнулась головой мне в бедро. Я набрала последний номер и помолилась.

Звонок не прекращался. У меня ёкнуло сердце.

И тут кто-то ответил. Связь установилась, но звука не было.

— Здравствуйте? — спросила я.

— А вы знаете, который час? — последовал ответ.

Я узнала этот голос. Я была идиотом. Конечно, вампиры спят днем.

Извините. Я перезвоню…

— Я уже проснулся. Что вам нужно? — недовольно произнес голос.

— Мне нужен адвокат. Адвокат-вампир. Меня вызвали на следующее заседание суда.

Последовала многозначительная пауза.

— В чём заключается дело против вас?

— Убийство.

— А вы кто?

— Эди Спенс.

— И по какой причине вас вызвали?

— Пожалуйста, поклянитесь взяться за мое дело, — выпалила я все наспех.

Вампир на другом конце провода тихо усмехнулся.

— Клянусь, я предоставлю вам юридическую консультацию без каких-либо обязательств, и все, что вы скажете мне во время этого телефонного разговора, подпадает под действие адвокатской тайны, поскольку я до сих пор не отказался от вашего дела.

— Что это значит?

— Допустим, на данный момент вы мой клиент и, следовательно, защищены. Я не могу обещать, что вы останетесь моим клиентом после этого телефонного разговора, но защита сохранится.

— Во-первых, если меня обвинят в убийстве, что произойдет, если меня признают виновным?

— Ваша смерть. Возможно, еще хуже.

Я сглотнула. По его голосу было понятно, что он даже не умеет шутить.

— Расскажите мне всё, — продолжил он.

Я как можно быстрее рассказала ему свою историю, а также теорию Пола о попадании в ловушку.

— Сомнительно. Но всё же решение простое. Найдите девушку и попросите её выступить от вашего имени.

— Понятия не имею, куда она делась, — в последний раз, когда я её видела, она перепрыгивала через пылающий труп мёртвого вампира. — Как найти вампира, который не хочет, чтобы его нашли?

— С трудом.

Последовала долгая пауза, во время которой я не знала, что сказать.

— Значит, вы возьметесь за мое дело? — спросила я.

— Так вы возьмёте моё дело? — подтолкнула я.

— У вас нет оснований для дела, пока вы не найдете девушку.

— А что, если я её найду?

— Тогда я буду представлять ваши интересы, да.

— А если нет?

— Тогда всё будет довольно односторонним, не так ли? — он откашлялся. — Это мой личный номер. Не звоните больше, пока не узнаете, где она.

И телефон отключился.

Я выключила телефон, забралась в постель и уставилась в потолок. Минни лапой тянула простыни, пока я не пустила её под одеяло. Что с ней будет, если меня признают виновной? Образ холодильника мистера Ноября всё ещё был свеж в моей памяти, как и осознание того, что Джейку нельзя доверять заботу о ней. Он продаст её на Craigslist20 за травку. Я вздохнула, и она замурлыкала. Во что я ввязалась?

Я ворочалась с боку на бок, пока Минни не перестала спать рядом со мной. Это была именно та ситуация, когда было бы неплохо, чтобы кто-то был рядом. Не то чтобы я хотела, чтобы кто-то еще делился моими проблемами — да и кому я могла рассказать о чем-либо, правда? — но кто-то был бы кстати.

Я вспомнила номер телефона Ашера, приклеенный к моему холодильнику, встала с кровати и взяла его с собой в спальню. Я подумывала позвонить, но потом напомнила себе, что сейчас день. У таких людей, как Ашер, обычная жизнь и работа. Я положила его на тумбочку и разрешила себе позвонить ему через день-два, может быть, когда у меня будет план. Я не хотела нуждаться в нем — я вообще ни в ком не хотела нуждаться — но я и не хотела постоянно быть одна. Особенно когда одиночество чертовски невыносимо.

Я сдалась и приняла Амбиен, божественный дар для работников ночной смены. Тысяча разных мыслей о том, что я могла бы сделать, что мне следовало бы сделать, занимали мои мысли в течение тех трех минут, пока он начинал действовать, но после этого качественные лекарства спасли положение.

* * *