— Стало быть, в конечном счёте Эме и Давид охотились именно за ним, — предположил Хогарт.

— Похоже на то. И, по иронии судьбы, как раз он — косвенный виновник гибели их родителей — до сих пор жив. — Она посмотрела на Хогарта.

Потому что я в последнюю секунду вытащил его из горящего бассейна.

— Вы приставили к нему охрану? — спросил он.

— Само собой.

И тут до него вдруг дошло, почему все владельцы частей Биро должны были умереть. Эме и Давид не могли позволить себе оставлять свидетелей, которым задавали один и тот же вопрос: кто пятнадцать лет назад вломился на виллу Медян-Гович? Выживи хоть один из них и расскажи полиции про этот вопрос — след привёл бы прямиком к ним. А окажись Сезар случайно их первой жертвой, у остальных коллекционеров дело ограничилось бы кражей, и они, скорее всего, остались бы живы. Не повезло, что именно Сезар жил дальше всех от Парижа.

— Поэтому Сезара пытали жёстче остальных, — рассуждал Хогарт вслух. — Хотя он всего лишь заказал ограбление. Для Эме это, должно быть, оказалось малоприятным открытием.

— Мы уже выяснили, что само ограбление совершил доверенный человек и правая рука Сезара, — пояснила Сабатье. — Некий Морель. Его труп мы нашли в доме.

— Я его видел. — Хогарт вспомнил мужчину с проломленным черепом, о которого едва не споткнулся перед крытым бассейном Сезара.

Он допил кофе, смял стаканчик и бросил в урну. Эме явно была безумна. В поисках правды она спокойно мирилась с гибелью стольких людей. И это при том, что виновным в смерти её родителей в итоге мог оказаться лишь один-единственный человек.

— Сколько невинных полегло, — задумчиво произнёс он.

— Не с точки зрения Эме, — заметила Сабатье. — В её сейфе мы нашли документы, которые подтверждают: Костяную битву отняли у их семьи без малого двести лет назад, причём незаконно.

Они могли бы ещё часами рассуждать о вине и возмездии, но толку в этом не было. Факт оставался фактом: Эме исчезла с горизонта и будет большой удачей если она однажды попадётся при полицейской проверке.

Когда подъехало такси, Кольшмид откашлялся.

—Au revoir . — Он пожал руку Сабатье. Потом повернулся к Хогарту.

— Теперь в Вену?

Кольшмид кивнул.

— Такси отвезёт меня в аэропорт Ниццы. — На лбу у него выступил пот. — Прямой рейс. Час сорок. А после я больше ни ногой ни в один самолёт — про вертолёт уж и говорить нечего.

Хогарт пожал ему руку.

— Пообещайте мне, что никогда больше не будете работать на «Medeen & Lloyd», — сказал Кольшмид, стискивая его ладонь. — Мои нервы такого не выдержат.

— Это я вам охотно обещаю. — Хогарт кивнул. — Как только Раст поправится, он, по всей видимости, оставит свой пост и уйдёт в наблюдательный совет — и тогда меня с «Medeen & Lloyd» уже ничто не связывает.

— И всё же для меня было честью закрыть последнее дело вместе с вами. Жаль только, что для госпожи Доменик всё так закончилось.

Хогарт закинул чемодан Кольшмида в багажник. Без лишних слов тот сел в машину, и такси тронулось. Хогарт глядел вслед, пока автомобиль не скрылся за поворотом среди пальм.

Сабатье полезла в карман брюк и протянула ему телефон.

— Нашли в доме Эме. Сим-карты из вашего аппарата и из телефона Кольшмида были вынуты. Мы клонировали оба и оставляем за собой право изучить данные в ходе следствия.

— Полагаю, моего согласия вам для этого не требуется.

Она улыбнулась и протянула загранпаспорт и удостоверение личности.

— Прибыли сегодня экспресс-курьером из Парижа. Вы свободный человек, Хогарт. Только больше не влипайте в неприятности, договорились?

— Обещаю… и спасибо. — Он убрал всё в карман.

— Что теперь будете делать? — спросила она.

— Навещу Татьяну и Хельмута Раста в больнице.

— Передайте им от меня привет. С удовольствием пошла бы с вами, но меня ждёт ещё гора работы.

— Понимаю.

И Хогарт действительно понимал. И, в общем-то, был этому рад. С одной стороны, хотелось сейчас побыть одному, чтобы немного прийти в себя; с другой — нужно было время, чтобы заново, с самого начала, обдумать все детали этого дела.

Потому что чутьё подсказывало ему: они все вместе что-то упустили.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 80

Больница принцессы Грейс представляла собой огромный современный комплекс, что вытянулся на возвышенности. С озеленённых платформ, прорезавших гигантский стеклянный фасад, на несколько метров вниз, к нижним этажам, свисали вьющиеся растения. Позади стояло небольшое старое здание, частично врезанное в скалу, — оно буквально лежало в тени громады стационара.

Палата Хельмута Раста в новом корпусе была стерильно-белой и стильно-холодной, с непрямой светодиодной подсветкой. Лишь современная картина да букет в вазе вносили немного красок.