В разговоре наступила долгая пауза, за которую Макфитерс был благодарен, пока они оба давали алкоголю подействовать. Келли откинулся на спинку стула, уставившись в окно на пожарную лестницу и потягивая свой напиток, а Макфитерс снова листал книгу, переворачивая страницы наугад. Фотографии сбора полыни и ликеро-водочного завода "Перно" с большими мешками высушенного и хранящегося в подвале сырья, рисунок мозга, пораженного менингитом, французская карикатура 1910 года под названием "Демон абсента" - огромная ухмыляющаяся женщина, нависшая над печальным юношей с полупустым стаканом рядом с ним на столе, - этикетка вдохновленная делом Дрейфуса 1894 года, с надписью "Абсент Анти-еврей" и слоганом "Франция для французов", еще одна фотография завода "Перно" в Понтарлье, переоборудованного в полевой госпиталь во время Первой мировой войны, в котором кровати были сделаны из сложенных друг на друга ящиков из-под абсента, а изможденные, испуганные лица раненых смотрели в объектив.

- Интересная книга, Майк, - сказал он, наконец.

- Что?

- Книга. Интересная.

- Конечно. Эй, налей-ка нам еще.

Голос Келли звучал так, словно он внезапно почувствовал раздражение. Макфитерс же был в восторге. Краски в книге, да и в этой унылой комнате словно оживали, атакуя его старые, уставшие глаза, и это было восхитительно. Однажды он попробовал ТГК[15] и его действие было очень похоже. Еще один стакан, а потом пойду, прогуляюсь, - подумал он. - Центральный парк должен подойти для такого состояния.

Он налил себе и Келли и подвинул его стакан через стол.

- Ты настоящая заноза в заднице, знаешь об этом? - спросил Келли.

- Кто?

- Ты. Ты меня раздражаешь. Вся эта чушь про корриду, охоту, рыбалку. Неужели я должен поверить, что ты затащил солдата в окоп с австрийской шрапнелью и пулями в ногах в одной войне, а в следующей первым вошел в Париж. Раз. Что ты выпиваешь кварту спиртного в день. Два. Что ты такой чертовски смелый и хладнокровный в стрессовых ситуациях, не то, что твои приятели, не то, что бедняга Томпсон - как его там, Карл из "Зеленых холмов Африки", - которого ты называешь эгоистичным и злобным, и даже не пытаешься это скрыть. Называешь так своего старого приятеля. Своего старого собутыльника в забегаловке. Жаль беднягу.

- Ты относишься к нему как к дерьму. И к своим женам ты тоже относишься как к дерьму. Ко всем. Ты женишься на Хэдли из-за ее гребаного трастового фонда, а потом изменяешь ей с Полин, бросаешь своего ребенка и женишься на Полин, потому что у нее есть дядя Гас с кучей денег, которыми он может тебя снабдить, а потом бросаешь и ее с двумя детьми, потому что трахаешься с Мартой, а потом бросаешь и Марту после того, как выставил ее полной дурой в "За рекой в тени деревьев", но, по крайней мере, у вас нет детей, верно? А потом появляется Мэри, и ты изменяешь ей с Адрианой. Да что с тобой, черт возьми? Тебе все время нужно держать свой член в какой-то дырке?

Макфитерс залпом допил остатки абсента. Ладно, теперь он понял. Парень был чокнутым. С парня буквально сыпались искры.

На самом деле он был женат всего лишь дважды.

Пора уходить. Игра окончена.

Он поставил стакан и встал, как и Келли.

- Послушай, Майк, я пытался тебе сказать. Я не Папа. Папы давно нет.

Тот как будто его не слышал.

- И что ты делаешь потом? Ты позволяешь своим внучкам сниматься в этих гребаных фильмах! Ты позволяешь им обеим раздеваться, черт возьми! Ты позволил, чтобы Марго изнасиловали в этой дрянной "Губной помаде"[16], а Мэриэл изнасиловали, убили и бросили голой в "Звезде 80"[17]. О чем, черт возьми, ты думал? Это же семья, чувак! У тебя что, совсем нет чувства ответственности? Ты что, с ума сошел?

Макфитерс вздохнул и повернулся к двери.

Как он уже заметил ранее, пьяному ничего не докажешь.

- Спасибо за выпивку, Майк. Было интересно.

- ТЕБЕ СЛЕДОВАЛО БЫ ВЫСТРЕЛИТЬ В СВОЮ ГРЕБАНУЮ БАШКУ! ТОЧНО ТАК ЖЕ, КАК ЭТО СДЕЛАЛ ТВОЙ ОТЕЦ, СУКИН ТЫ СЫН!

Он решил попробовать еще раз.

- Я так и сделал, Майк. Именно так я и сделал.

* * *

В Центральном парке деревья были такими же зелеными, как и абсент, пока через пару часов его действие начало проходить и мир снова стал реальным.

Он вернулся в студию и начал рисовать.

Спасибо П.Д. Сасеку

* * *

Этот рассказ был написан для обреченной на провал антологии "Абсент", участвовать в которой я с готовностью согласился после того, как однажды вечером на конференции писателей несколько лет назад употребил слишком большую дозу этого напитка. На следующий день П.Д.Сасек рассказал мне, что в какой-то момент я просто исчез, а вместо меня появился какой-то другой парень - приятный, но определенно не я. В полдень того дня я участвовал в групповой дискуссии, и хотя мне сказали, что я хорошо и долго говорил, я тоже ничего этого не помню.

В барах можно встретить более или менее сумасшедших людей, одурманенных абсентом или нет, а мой хороший друг, художник Нил Макфитерс, действительно немного похож на Папу Хемингуэя. Особенно после того, как я пропущу пару стаканчиков.

- Дж. К.

Перевод: Гена Крокодилов