Шёпот медленно обвился вокруг нас, точный и неотвратимый, словно затягивающаяся петля.

— Вы должны сделать две вещи, — сказали они. — Во-первых — лишить его силы. Цветок Ноктисс, рождённый в этой Яме и ненавистный самим теням, способен содрать с него его могущество. Он истончает тьму, пока та не становится хрупкой и смертной. Используйте его, и его сила может быть уничтожена.

Они умолкли. Наступившая тишина была острой, как лезвие. Затем голоса зазвучали вновь, и каждое слово стало тяжёлым, словно надгробный камень.

— Во-вторых — и слушайте внимательно, потому что это единственный настоящий конец, который может ждать Лорда Тени, — заточите его. Заприте его в его собственной тени. Запечатайте так же, как была запечатана Марианна. Заключите его на страницах его собственного Фолианта. Лорда Тени невозможно убить ни сталью, ни огнём. Его можно лишь заточить в его Фолианте. Он заточил Марианну и остальных, но не убил их. Страница за страницей они были вписаны в свои книги, пока в них не перестало двигаться хоть что-то. Это единственный способ.

Яма ответила дрожью, прокатившейся по камню и костям, словно сама пещера понимала цену подобного заточения.

— Но знайте, — предостерёг хор, и его голос был холоднее любого клинка, — Лорд Тени никогда не бывает по-настоящему убит. Его можно лишь лишить силы и заточить. Только когда его сила будет сорвана с него, а его имя будет запечатано, его удастся удержать. Он будет гнить в Теневом Аду… пока однажды, быть может, другой не займёт его место. Кто-то должен отказаться от жизни, свободы и самого себя, чтобы занять его темницу. Цена бесконечна. Мучения не имеют конца. Так они и остаются — скованные, забытые, ожидающие.

Я почувствовал во рту вкус пепла. Зал словно стал теснее, а воздух — похожим на внутренность гроба. Обещание победы превратилось во что-то ужасающее — победу, купленную ценой жертвы, которую ни один живой человек не смог бы принести, не превратившись в то самое чудовище, которое поклялся уничтожить.

Я с трудом заставил себя заговорить пересохшим горлом.

— Где нам найти этот цветок? Где Ноктисс?

Тени пришли в движение, словно тысячи крыльев одновременно рассекли темноту, а каждый шёпот оборвался в один и тот же миг.

— Северен держит его рядом с собой, — прошептали они. — Под стеклянным колпаком. Вы уже видели его. Он и сейчас стоит рядом с ним — защищённый. Драгоценный. Вы должны отнять его у него.

Мои пальцы крепче сжали Фолиант, и кожа переплёта тихо застонала.

— А если мы прикоснёмся к нему?

Шёпот стал ядовитым, тяжело наваливаясь мне на разум.

— Будьте осторожны. Даже воздух, которым он дышит, ядовит для нас. Если вдохнуть его аромат — он ослабит вас. Если прикоснуться — начнёт лишать силы. Если выпить — уничтожит. Цветок пожирает всё, через что вы прошли: каждый шрам, каждое испытание, каждый удар силы. Ноктисс — смерть для теней. Потянетесь к нему — и потеряете нас. Потеряете всё.

Яма погрузилась в тишину.

Затем тени слились воедино, проникая в мои уши, в грудь, в самый костный мозг, пока их голоса не слились в единый звук, от которого задрожали мои кости.

— Запомните главное: ваш Фолиант всегда должен быть при вас. Если он окажется слишком далеко, вы потеряете нас и лишитесь своей силы. Связь между вами и Фолиантом невозможно разорвать. Берегите его так же, как берегли бы собственную плоть. Вы узнали всё, что должны были узнать. Отныне и навеки это ваша судьба. Мы живём внутри вас. Мы дышим внутри вас. Мы шепчем внутри вас. Мы никогда вас не покинем.

Чернота содрогнулась, схлопываясь внутрь самой себя, словно дым, пожирающий собственное существование. Стены сложились, а Яма начала проваливаться сама в себя, утягивая за собой свет, звук и воздух. Перед глазами всё поплыло. Вены горели. Метки под моей кожей извивались, светясь, словно живые клейма, словно змеи из расплавленного огня.

Впереди замерцало зеркало.

Разлом открылся сам собой — рваный, ослепительно сияющий, с краями, пылавшими огнём теней. Воздух взвыл, когда сама реальность раскололась.

Переполненные чудовищной силой, мы с Лазарусом шагнули вперёд, крепко сжимая свои Фолианты, пока наши татуировки пылали. Последние нити нашей человечности оборвались позади нас, словно последние затихающие отголоски молитвы.

Мы вышли из Ямы Теней другими.

Израненными. Неузнаваемыми.

Тьма переродила нас.

Лорды Тени.

Проклятые. Заклеймённые. Навеки связанные.

И готовые свершить свою месть.

ГЛАВА 23

ЛАЗАРУС

Мир разорвался.