Кроме того случая, когда она предложила помочь со стельками, с моего первого дня Кора почти все время меня избегала. Вежливо здоровалась, а потом делала все возможное, чтобы держаться подальше. Я ее понимала, но все равно было обидно. А еще меня терзало чувство вины. Если из-за моего присутствия Коре так тяжело, мне следовало искать другую работу.

Уайлдер налил лимонад, не сводя с Коры глаз. На его челюсти дернулась мышца, а пальцы сильнее сжали кран для газировки.

— Может, сходишь на перерыв? Мой кабинет свободен.

Его голос звучал невероятно мягко. И в том, как он смотрел на Кору, было что-то почти нежное. Будто он готов на все, лишь бы избавить ее от боли.

Пайпер протиснулась к стойке между мной и Корой.

— Я разберусь, Уай.

Она схватила лимонад и решительно направилась к столику с придурками. Подойдя, Пайпер ослепительно улыбнулась.

— Один лимонад для мерзавки, которой зачем-то понадобилось издеваться над женщиной, пережившей настоящий ад. Я бы на вашем месте взяла напиток. Судя по тому, что вы пинаете лежачих, это может оказаться единственным хорошим событием в вашей жизни.

Брюнетка уставилась на Пайпер с открытым ртом.

— Ты не имеешь права так со мной разговаривать.

Пайпер улыбнулась еще шире.

— Еще как могу. Потому что мой босс был в двух секундах от того, чтобы вышвырнуть ваши задницы отсюда. По сути, я вас спасла.

Женщина метнула взгляд в сторону бара. Даже отсюда я чувствовала ярость, исходившую от Уайлдера. Она слегка побледнела.

Парень, сидевший напротив, усмехнулся.

— Похоже, твой длинный язык наконец вышел тебе боком, Бет.

— Заткнись, Дикон, — прошипела она и выхватила у Пайпер лимонад.

Наша самая юная официантка вернулась к нам с широченной улыбкой. Я ответила ей такой же.

— Ученик превзошел учителя.

Глаза Пайпер заблестели.

— Я училась у лучшей.

— Я все-таки пойду на перерыв.

Кора быстро направилась в задний коридор.

Улыбка Пайпер погасла.

— Я все испортила?

— Нет, — быстро сказал Уайлдер. — Просто ей сейчас очень тяжело. Я схожу проверю, как она.

— Можно мне? — перебила я.

Он обернулся ко мне, и в его глазах мелькнуло сомнение.

— Пожалуйста, — тихо сказала я. — Мне нужно кое-что ей сказать. Если это не поможет, я больше не стану к ней приближаться.

Я не уточнила, что держаться подальше означало бы найти другую работу. Но Уайлдер наверняка понял. Он был самым чутким человеком из всех, кого я встречала.

— Ладно, — согласился он. — Скажи, если что-нибудь понадобится.

Я кивнула и направилась в задний коридор. Бар был заполнен лишь на треть, поэтому Пайпер и Эйден пока справятся со столиками. Хотя примерно через сорок пять минут начнется время скидок и посетителей прибавится.

Я прошла по тихому коридору и остановилась перед дверью кабинета Уайлдера. Несколько секунд ушло на то, чтобы взять себя в руки. Я вспомнила ощущение земли под босыми ступнями и коры под ладонью. И глубоко вдохнула.

Затем повернула ручку и вошла.

Едва дверь открылась, Кора вскинула голову. В ее глазах блестели слезы, а лицо побледнело.

Черт.

Я быстро закрыла дверь и прошла вглубь комнаты. Кора сидела на кожаном диване, который Уайлдер придвинул к стене. Я не хотела загонять ее в угол, поэтому присела на край стола.

— Привет, — тихо сказала я.

Кора тут же опустила взгляд на свои руки.

— Эта женщина — сука.

Никакой реакции.

— Нет, так я оскорбляю собак. Она просто сволочь.

Снова молчание.

Я глубоко вдохнула.

— Никто не верит в то, что она говорила.

Слеза скатилась по щеке Коры и упала на сцепленные руки.

— Верят, — едва слышно сказала она.

Ее слова почти не было слышно, но боль в них я почувствовала отчетливо.

— В случившемся нет твоей вины.

Именно это я хотела сказать Коре уже несколько месяцев. С тех пор как на семейном ужине Арчеров услышала разговор Уайлдера с Дексом о том, как тяжело она все переживает.

Кора по-прежнему не смотрела на меня.

— Я должна была понять. Я была в том домике столько раз, что не сосчитать. Ходила по той земле. Наверное, наступала на места, где он закапывал людей. Тех самых людей, которых я помогала искать.

Меня пронзили обрывки чего-то страшного. Руки, сжимающиеся на моем горле. Горящие от нехватки воздуха легкие.

«Тебя никто не ищет».

Я заставила себя подавить это. Неважно, было ли это воспоминанием или игрой воображения.

— Если бы ты знала, то остановила бы его, — хрипло сказала я.

Кора подняла голову и наконец встретилась со мной взглядом. В ее глазах было столько боли.

— Он пытал тебя. Чуть не убил. Продержал в чертовой яме больше года.

Я оттолкнула рвущиеся наружу образы.

— Но это сделала не ты. Ты не виновата. И если тебе слишком тяжело видеть меня здесь, я найду другую работу.

У Коры отвисла челюсть, но она быстро взяла себя в руки.

— Нет. Пожалуйста, не надо. От этого станет только хуже.

Я медленно выдохнула.

— Мы не можем позволить ему победить.