— Хотя так обычно не делают, меня нанял доктор Зайиц, муж убитой. Я занимаюсь этим делом четыре месяца, но все следы ведут в никуда. Даже группа Яна Морака, куда входят лучшие следователи, до сих пор ничего не добилась.

Ивона вздохнула.

— Как мне что-то раскрыть, если даже криминальная полиция ничего не находит? Я просто трачу деньги доктора Зайица. Вам это наверняка знакомо по собственным заказам. Иногда идёшь по верному следу, иногда упираешься в тупик.

Она пожала плечами.

— Во всяком случае, доктор Зайиц готов оплачивать ещё один месяц. Возможно, в убийствах появится новая зацепка.

Невольно она кивнула в сторону комода, где лежал коричневый конверт.

— В убийствах? — спросил Хогарт.

Ивона кивнула.

— На трупе Ганы Зайицовой всё не закончилось. Убийца наносит удар раз в месяц. Газеты называют его Убийцей с бархатным полотном, потому что он накрывает жертв чёрной тканью.

Она поднялась из позы по-турецки и открыла верхнее отделение шкафа. Там лежала бельевая верёвка. Ивона протянула её через всю комнату и закрепила на крюке в противоположной стене.

На верёвке висели восемь чёрно-белых снимков обезглавленных тел без кистей рук. Фотографии покачивались на шнуре, словно мрачные сувениры из кунсткамеры.

В тот же миг скрипнули деревянные доски мостков, огибавших дом на сваях. Хогарт посмотрел в окно.

— В это время года дерево всегда скрипит, — успокоила его Ивона.

Она указала на первые снимки.

— Когда нашли второй и третий труп, криминальная полиция сначала подумала о войне банд, о разборках в преступном мире. Но от Ондрея я знала, что Греко, Чижек, Полашек и все остальные в то время вели себя тихо. К тому же жертвы не укладывались ни в какую схему. Это были пенсионер и проститутка.

— Почему доктор Зайиц нанял именно вас?

Она отмахнулась.

— Это долгая история. Расскажу как-нибудь в другой раз. Хотите бокал Château la Montanage?

— Всегда!

Хогарт потянулся за коньяком.

Вдруг оконное стекло разлетелось вдребезги. Ивона вздрогнула, а Хогарт вскочил с дивана. У его ног разбилась бутылка. В воздух ударил резкий запах бензина.

В ту же секунду ковер занялся. Пламя взметнулось почти в человеческий рост, лизнуло стол и диван. Мгновением позже горели уже обивка, подушки и все газеты.

Ивона показала на кухню.

— Под раковиной огнетушитель! — крикнула она.

Хогарт бросился на кухню. За его спиной разлетелось стекло второго окна. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять: на полу гостиной только что разбились новые бутылки с горящими тряпками.

Больше всего ему хотелось схватить с полки оружие Ивоны и выскочить наружу, но об этом не могло быть и речи. Он торопливо выволок из шкафа тяжёлый огнетушитель и сорвал пломбу.

Когда он вернулся в гостиную, жар перехватил горло. За считаные секунды дыма стало столько, что из глаз брызнули слёзы. Гостиная превратилась в сплошное море огня.

Ивона лихорадочно выдвигала ящики и сгребала письма и документы. Этот пожар уже было не потушить. Шторы, ковер, деревянная мебель и потолочные балки полыхали вовсю.

Нужно было как можно скорее вывести Ивону из дома, иначе она свалится от отравления дымом. Он побежал в прихожую, сорвал с вешалки пальто и ринулся обратно в гостиную.

— Идёмте!

— Нет!

Он не стал раздумывать: набросил пальто Ивоне на плечи и оттащил её от комода. Рукава его пиджака уже подпалило, ткань дымилась, пахло палёными волосами.

Ивона судорожно сжимала в руках стопку документов.

— Папку! — крикнула она.

— Взял.

Хогарт зажал под мышкой канцелярскую папку с комода, схватил Ивону и повёл её сквозь пламя в прихожую, где огонь ещё бушевал не так сильно. Но в следующий миг она попыталась вернуться.

— Будьте благоразумны! — заорал он.

Увидев полыхающий ад, из которого они только что выбрались, она замерла.

Хогарт распахнул входную дверь. Ему навстречу ударила волна жара. Горели даже мостки.

— Наружу! Вы первая! — рявкнул он.

Но Ивона нерешительно застыла в прихожей. Её взгляд метался по сторонам.

— Где огнетушитель?

— Забудьте о нём! — перекрикивая треск пламени, закричал Хогарт.

Теперь огонь перекинулся на прихожую. Сухое дерево жадно принимало пламя. Сквозняк раздувал пожар и гнал его по комнате, как смерч. Если они не уйдут сейчас, шансов больше не будет. Дом на сваях сгорит, рухнет и похоронит их обоих.

— Наружу! — повторил Хогарт.

Натянув пальто на голову, Ивона двинулась вперёд. Хогарт прикрыл лицо папкой и бросился следом. С закрытыми глазами он прорвался сквозь стену огня.

Его встретил свежий ночной воздух. Мелкий моросящий дождь остудил щеки. Он быстро побежал по мосткам.

И тут услышал выстрел. Даже увидел вспышку на противоположном берегу протоки.

В тот же миг пуля ударила в него с силой молота. Его швырнуло к дощатой стене. Папка выскользнула из руки, и Хогарт осел на доски.