Но дверь уже закрылась. И хотя она была совсем рядом, Анна Николаевна так и не решилась коснуться её.

— Боюсь, они нас не пустят, — заметил Сотников с лёгкой усмешкой. — Это же секретная зона. Да и чистота проверки тоже будет нарушена.

Анна Николаевна растерянно посмотрела на дверь, потом на нас, и тяжело опустилась обратно в кресло. Похоже, она наконец поняла, что ситуация давно вышла из-под её контроля.

— Как думаешь, её возьмут? — тихо спросил Сотников, поворачиваясь ко мне.

Я пожала плечами.

— А мне всё равно, — честно ответила я. — Но если честно, я бы хотела, чтобы она с треском провалилась. Представляешь, какое у неё будет лицо? Она же уже всем рассказала, что её обязательно возьмут. Я бы на это посмотрела.

Сотников усмехнулся, качая головой.

— А ты злопамятная, Климова.

— А ты не злопамятный? — парировала я.

— Я — другое дело, — он откинулся на спинку кресла. — Я просто реалист. И знаешь что?

— Что?

— Думаю, тот ктор среагировал на тебя.

Я поморщилась.

— С чего ты взял?

— Не знаю, — пожал он одним плечом. — Просто чуйка. Ты стояла ближе всех. И я видел, как ты на него смотрела.

— Я просто разглядывала экспонат, — отрезала я. — Как и все.

— Ну-ну, — он еще раз усмехнулся и отвернулся.

Я открыла рот, чтобы возразить, но передумала. Спорить с Сашкой сейчас не было ни сил, ни желания.

Инга вернулась нескоро. Я уже успела подумать, что всё. Испытание на ней и закончилось, ктор ее признал. Словила при этом странное разочарование. Но всё оказалось совсем не так.

Мы услышали нашу звезду ещё до того, как открылась дверь. Её громкий возмущённый голос разносился по коридору:

— ...это ошибка! Я вам говорю! Ошибка! Этот ктор просто сбился! Или приборы не правильно настроены! Мне нужно больше времени! Я уверена, он меня вспомнит! — чуть ли не визжала она.

Дверь отъехала в сторону, и Инга влетела в комнату, вся красная, с некрасиво перекошенным лицом.

Увидев нас, она остановилась и зло прищурилась.

— Ну не этих же в программу брать, — фыркнула она с пренебрежением. — У них вообще ни одного шанса!

За её спиной, в дверях, стоял раа Рэск. Его лицо оставалось непроницаемым, но я заметила, как его чёрный ктор за спиной напрягся и чуть приподнялся.

— Скоро разберёмся, — спокойно ответил он, с такими жесткими интонациями, что Инга мгновенно прикусила язык.

Она села на своё место, сложив руки на груди, и уставилась в стену с обиженным видом.

— Следующий, — сказал раа Рэск, переводя взгляд на Сотникова.

Они вернулись быстро. Минут через десять.

Сотников вошёл с лёгкой усмешкой и, проходя мимо меня, подмигнул.

— Всё пучком, — сказал он, плюхаясь в кресло. — Как я и думал. Ничего.

Инга злорадно фыркнула.

— Ты расстроен? — осторожно спросила я.

— Нет особо, — он усмехнулся. — Я же говорил. У меня и так шансов почти нет.

Я перевела взгляд. Раа Рэск стоял на пороге и смотрел прямо на меня. Пристально так. Прямым пронизывающим взглядом. В упор.

Некстати подумалось: ведь до дрожи красивый мужчина с мужественно-суровым идеальным лицом.

Высокий, явно очень сильный, с идеальным тренированным телом — его строгая одежда только подчёркивала его умопомрачительный рельеф. Чёрный ктор за спиной, опять же.

И взгляд ещё этот его пристальный. Пугающий. Пробуждающий что-то тягуче-томное и будоражащее, незнакомое совсем. Не могла на этого ктаара не реагировать. Даже злиться на себя за это начала.

— Климова Руслана, — сказал он. — Идем. Твоя очередь.

Голос ведь у него ещё такой... Низкий, властный. Пронизанный осознанием своего права приказывать, как и знанием, что ему всегда беспрекословно подчиняются.

Вот и я… тут же подчинилась.

Я поднялась, чувствуя прилив волнения. Момент истины для меня. Может пронесет?

— Не бойся, — шепнул Сотников. — Там правда ничего страшного.

Я кивнула и шагнула к двери.

Раа Рэск посторонился, пропуская меня. Ох, как же мурашками обсыпало, когда мимо него протискивалась.

Мысленно уговаривала себя, что все это скоро закончится. Нас отпустят, и мы отправимся домой. Ну не могу это я быть! Это точно ошибка. Тот ктор создавали для сильных ктааров. А я кто? Простая землянка.

Идти пришлось недолго. Раа Рэск привёл меня в соседнюю комнату — такую же стерильно-белую, но с большим странным кубом в центре. Он был высоким и матово белым, как и стены.

— Подойди туда и положи руки на отпечатки, — велел мне ктаар.

Только сейчас я заметила в кубе небольшую нишу, в которой и правда светились отпечатки ладоней.

Я сделала, как мне сказали, ощущая, как в груди нарастает странное предвкушение.

Странно так… Я же не хочу в программу. Я не хочу быть частью их мира. Почему же тогда внутри всё трепещет радостным ожиданием новой встречи?