– А ты могла бы хорошенько подумать прежде, чем тащить их в больницу! Врачи сказали, мне нужен полный покой. Итак тут эти шумные, – кивает в сторону соседних коек. – Хотел поспать, пока они свинтили в столовую, но вы толпой припёрлись.

– Как ты себя чувствуешь? – подхожу к тумбочке и, нахмурившись, его разглядываю.

– Сама не видишь? Весь в бинтах.

– Голова болит сильно?

– Спрашиваешь ещё! – откидывается на подушку. – И голова, и рёбра. Всё болит! Чё принесла там?

– Мама передала ужин через соседку, – выкладываю из пакета контейнер, который он тут же принимается вскрывать. – И в магазине кое-что по пути тебе прикупили. Апельсины, булочку, сок.

– Щедрость какая. А чё она сама не приехала? На смене?

– Максимка заболел. Мама дома с ним осталась.

– Взяла на свою голову.

– Никит…

– Суп я и тут поесть могу, – закрывает крышку. – А там что?

– Макароны по-флотски.

– Фарша, как всегда, кот наплакал, – цокает языком, инспектируя содержимое следующего контейнера. – А есть чем? Пальцами?

– Сок налить? – вручаю ему вилку.

– Налей. Остыли. Чё так долго несла? – и снова недоволен.

– Забирала двойняшек из школы.

– Сами пусть домой добираются. Большие уже.

– Далековато пока самим. Снимок делали? Что с носом? – перевожу тему.

– Ясно что. Сломан. Я вот думаю, Ань, может мне заявление накатать и засудить этого урода?

– Ты залез в машину, – напоминаю. – Украл чужую вещь.

– Часы, благодаря ТЕБЕ, уже у него. Так что пусть докажет факт воровства. Я проверял, видео регистратора в его бэхе не было.

– Никит…

– Ко мне менты должны наведаться завтра утром. Скажу им, что он меня отметелил по беспределу. Якобы из-за тебя. Типа они к тебе с белобрысым подкатили, а я заступился.

Качаю головой.

– Ты же понимаешь, что сам себе роешь яму.

– Да хорошая же идея, Ань! Ты подтвердишь всё, Костян тоже. Стрясём бабла с его папаши! Хоть так отомстим!

– Кстати, про бабло, – в упор на него смотрю.

– Чё?

– Куда ты дел деньги? – задаю прямой и чёткий вопрос.

– Какие деньги?

– Двести тысяч, которые взял из бардачка.

Когда кажется, что разочароваться сильнее уже не можешь, это непременно происходит. В палате повисает напряжённая тишина.

Никита, уставившись в стену, молча жуёт макароны и для меня это молчание «звучит» громче любых слов.

– Всё надо вернуть, – говорю требовательно и уверенно.

– Пошёл он на хер! Вот ему, а не двести тысяч, – показывает средний палец, едва не уронив на себя оставшиеся макароны.

– Громов теперь учится со мной в колледже, – сообщаю сразу, даже не пытаясь держать интригу.

– Чего? – подавившись, брат начинает кашлять и тут же хватаясь за голову, морщится от боли.

– У нас есть неделя. Прошу тебя, скажи мне, куда ты дел эти деньги, Никит…

Глава 9.1

Стас Громов

– Ну ты у нас, бро, теперь местная звезда, – Шмелёв провожает взглядом шумную толпу девчонок, направляющуюся к центральному входу ментовской шараги.

Стоило мне только приехать, как они нарисовались из ниоткуда, облепив тачку со всех сторон.

– Чё хотели?

– Про Москву расспрашивали, – нажимаю на кнопку брелока и бэха подмигивает мне на прощание.

– Потенциальный столичный жених на горизонте замаячил, вот они и активизировались. Будь особенно осторожен с Тихомировой, – предупреждает сразу.

– Это которая?

– Худая высокомерная блондинка с родинкой над губой, – поясняет он, пока пересекаем территорию парковки.

Теперь ясно. С ней я переписывался ночью в сети.

– Она пригласила меня на день рождения, в какой-то убогий клуб.

– О, уверен на все сто, она уже и вашу свадьбу в деталях спланировала.

– Что за чушь?

– Ну как? – улыбается. – Ты богатый красавчик на крутой тачке, сошедший с её карты желаний. Лика вцепится в тебя как клещ. Потому что ты соответствуешь всем её запросам.

– С чего она взяла, что соответствует моим?

Прилипал и любительниц делать мозги в своём окружении я точно не держу.

– Воу-воу. Ты собираешься бортануть нашу королеву? – удивляется бывший одноклассник.

– Пока ещё не решил. Может на раз-другой сойдёт.

Прикипать к кому-то – абсолютно не моя философия. Отношения с девушками у меня максимально лайтовые.

– Кто-то другой приглянулся? – Димас как-то заметно напрягается, когда произносит этот вопрос. – Если Богданова, то учти, это моя карта желаний, – обозначает с ходу.

– Ты про эту вашу местную Памелу Андерсон? – уточняю, перехватывая его насупленный взгляд. – Если да, то не обессудь, – нарочно фитиль поджигаю.

– В каком смысле? – резко останавливается. Замирает как херов леопард перед прыжком. Желваки под скулами приходят в движение. Глаза стремительно наливаются кровью. Пальцы правой руки непроизвольно сжимаются в кулак.

– Вижу цель, не вижу препятствий, – равнодушно пожимаю плечом и выдерживаю ещё секунд тридцать.