Этот суровый, жестокий дракон, не раздумывая, отдает символы своей воинской доблести и чести, лишь бы спасти простых парней из гарнизона.

— Боюсь, этого не хватит, Генерал, — с искренним сожалением сокрушаюсь я, сжимая его ордена. — Для нужного объема мне требуются килограммы металла.

На губах Рейнхарта вдруг расцветает хищная усмешка.

— Килограммы? — он поворачивает голову в сторону выхода из лазарета. — Я знаю одно место в Академии, где этого добра навалом. Кайден! Возьми пятерых крепких парней с мешками. Мы идем в Зал Храмовых Артефактов.

***

Мы идем по самым роскошным, залитым светом коридорам Академии. С каждым шагом Генерала маги и студенты в ужасе вжимаются в стены.

Зал Храмовых Артефактов — святая святых местного магического мира. Место, где хранятся реликвии, к которым запрещено прикасаться всем, кроме Высшего круга Академии, куда не входит ни генерал, ни уж тем более я.

Мы подходим к массивным, покрытым золотой вязью дверям. Рейнхарт даже не думает стучать или искать ручку. Он просто поднимает ногу в тяжелом армейском сапоге и с чудовищной силой бьет в самый центр.

БАБАХ!

Тяжелые створки с жалким треском распахиваются, ударяясь о мраморные стены. Мы входим внутрь.

В огромном, залитом светом магических сфер зале пахнет благовониями. Все вокруг кричит о роскоши и богатстве. Алтари, усыпанные кубками, жезлами, чашами, блюдами и статуэтками. Пышные ковры, массивная резная мебель, ларцы и шкатулки. Все сплошь из золота, серебра и драгоценных камней. Их блеск буквально ослепляет нас.

Ничего не скажешь, хорошо же местные маги здесь живут.

— Святотатство! Да как вы смеете?! — раздается пронзительный, срывающийся на визг старческий голос.

Навстречу нам, размахивая руками, холеный, высокомерный старец, с ног до головы увешанный звенящими амулетами. В его выцветших глазах горит фанатичный блеск.

— Что это значит, генерал Штерн?! — машет старец костлявыми кулаками прямо перед лицом генерала. — Кто вам позволил вот так вот врываться в священную обитель?!

— Мне нужно серебро, Хранитель Северин, — ледяным тоном бросает Генерал, шагая прямо к алтарю. — Много серебра. И я конфискую его для лечения больных.

Лицо Архимага вытягивается от шока и возмущения.

— Это возмутительно! — истошно вопит он, загораживая собой покрытые рунами чаши и кубки. — Это артефакты, которые нужны нам для занятия магией! Проклятие падет на голову любого, кто посмеет осквернить их! Если вы не остановитесь, то навлечете гнев небес на всю Академию!

💥💥💥

Дорогие читатели, очень рада, что вы читаете эту книгу!

Недавно у меня вышла новинка, которая может вам понравиться:

Опальная наследница для Королевского Дракона

Очнуться в чужом теле — полбеды. Хуже, когда в наследство тебе достались разоренные соляные копи и два властных дракона. Одному нужна моя голова, второму — мои земли. Но они еще не знают, что в тело слабой наследницы попал опытный земной технолог. Я разнесу ваши интриги и покажу, кто здесь настоящая хозяйка!

Вас ждет: неунывающая героиня, обустройство земель, противостояние характеров и неизбежный ХЭ!

Приходите, я буду вас очень ждать!

16. Жар под кожей

Рейнхарт нависает над тщедушным Архимагом, словно черная скала. Воздух вокруг него искрит от магии.

— Мои солдаты проливали кровь за Империю, пока вы полировали эти побрякушки, — ледяным, не терпящим возражений тоном чеканит Слепой Палач, —

— Так что сегодня они послужат на благо солдат. Кайден, тащите всё.

Стражники решительно шагают к горе сокровищ, расправляя пустые мешки. Маги в ужасе причитают, хватаясь за головы.

Но я понимаю, что слепой грабеж нам не поможет. Я должна быть голосом разума в этом хаосе.

— Стойте, Генерал, — твердо говорю я, перехватывая инициативу. — Всё подряд нам не подойдет. Нам нужен только чистый металл, без примесей.

Я подхожу к ближайшему постаменту, достаю скальпель, который прихватила с собой и деловито царапаю дно первого попавшегося под руки кубка.

— Чистое серебро, пойдет, — я равнодушно бросаю реликвию в мешок Кайдена. Беру следующую, массивную чашу, делаю глубокую царапину и качаю головой. — А вот здесь примесь свинца. Нам она не нужна, это только испортит химическую реакцию.

— Как ты смеешь портить реликвии, девчонка?! — визжит один из помощников Северина. — Ты даже не маг, чтобы отличить их суть!

Я даже не смотрю в его сторону, продолжая сортировку.

— Для этого не нужна магия, — сухо, как на лекции, отзываюсь я. — Под лезвием чистое серебро дает яркий, белый срез, а металл поддается с трудом. А вот здесь, — я демонстрирую поцарапанную свинцовую чашу, — скальпель вязнет, как в масле, оставляет темно-серый след.

Я методично перехожу от одной кучи сокровищ к другой, ведя себя как придирчивый профессионал в лавке дешевого старьевщика.