— Доигрались, вояки? — зубоскалит он, подливая масла в огонь. — Вы сами вырыли себе могилу!

Я не обращаю внимания на него. Мой взгляд прикован к капитану.

На лице сурового, закаленного в боях командира проступает самый настоящий, первобытный ужас.

Я делаю шаг к нему, чувствуя, как по спине ползет липкий холодок.

— Капитан? Что случилось? — тревожно спрашиваю я. — Неужели у вас сейчас так много раненых?

— Раненых немного, леди, — хрипло выдыхает он, и в его глазах плещется паника. — Такие травмы на тренировках, как сегодня, — редкость.

Он сглатывает, и его массивные плечи опускаются.

— Но буквально на днях целый взвод наших солдат... двадцать крепких парней... поразила страшная болезнь. Никто не знает, что это. Маги взялись их лечить... но теперь. Боги... если они остановят лечение... мне страшно представить, что будет с моими людьми!

***

Обратите внимание на еще одну книгу нашего моба:

Наталья Шевцова "Лекарка и статский советник, или что б ты делал без Бабы Вари!"

14. Трусость и месть

Я стою посреди лаборатории и не могу поверить в то, что только что услышала.

Отказываться лечить тяжелых больных? Оставляют людей умирать только из-за уязвленного эго какого-то напыщенного индюка в белой мантии?!

В моем мире врачи, нарушившие клятву и отказавшиеся от пациентов, пошли бы под суд. А здесь эти «элитные целители» используют чужие жизни как разменную монету в своих политических играх!

— Капитан Кайден, — я резко поворачиваюсь к командиру, хватая его за жесткий рукав куртки. Мой голос звенит от напряжения. — Расскажите мне всё. Что это за болезнь? Какие симптомы? Отведите меня к ним! Возможно, я смогу помочь.

— Куда ты пойдешь, оборванка? — тут же радостно встревает Фолк с дальнего стула. — Без магии ты только заразишься. Туда даже наши мастера заходили только под глухой защитой!

Я окидываю его таким уничтожающим взглядом, что Фолк давится собственным ядом и замолкает.

Однако, в чем-то он прав. Поэтому, пока мы никуда не ушли, я делаю нам всем марлевые повязки, пропитанные cnupтовым раствором.

— А теперь, ведите, капитан, — чеканю я. — Время работает против нас.

Кайден мрачно кивает. Мы быстрым шагом покидаем лабораторию, направляясь в изолированное крыло гарнизона. Фолк, которому поручено не спускать с меня глаз, плетется следом, тихо бурча проклятия, но я не обращаю на него никакого внимания. Мои мысли уже там, в палатах.

Едва капитан Кайден толкает тяжелые, обитые железом двери карантинного блока, как мне в лицо ударяет тяжелый, спертый воздух.

Я чувствую специфический болезненный запах даже сквозь повязку.

Вдоль длинного помещения стоят десятки коек. Тишину палаты разрывают страшные, свистящие хрипы и натужные вдохи.

Я подбегаю к ближайшей койке.

Парень лет двадцати пяти судорожно хватает ртом воздух. Его шея раздута до — отек такой сильный, что его шея похожа на бычью.

— Открой рот, — мягко, но настойчиво прошу я, осторожно нажимая пальцами на его подбородок.

Он с трудом повинуется.

Я заглядываю внутрь, и мое сердце падает куда-то в желудок. Все миндалины, нёбо и задняя стенка глотки затянуты плотными, грязно-серыми, почти белыми пленками. Они разрастаются, неумолимо перекрывая дыхательные пути.

Меня прошибает холодный пот.

Не нужно быть инфекционистом, чтобы понять что это такое.

Дифтерия. Причем, тяжелейшая, токсическая форма.

Инфекция, которая в моем мире давно побеждена вакцинами.

Человек при ней задыхается, находясь в полном сознании, пока токсины разрушают его сердце.

Мне нужны антибиотики!

Или на худой конец, сильные антисептики. Иначе очень скоро от этого взвода никого не останется!

Но кое что не дает мне покоя.

Кайден сказал что взвод слег на днях.

— Капитан... — я выпрямляюсь, чувствуя, как дрожат колени от осознания масштаба катастрофы. — Как давно они здесь? Когда у них появились первые симптомы? А самое главное — как именно маги их лечили?!

Кайден растерянно хмурится:

— Симптомы появились чуть больше суток назад. Маги сразу изолировали их и занялись лечением. Но что они делали, я не знаю. Они не рассказывали о своих заклинаниях.

— Магией Жизни, конечно же! — самодовольно и снисходительно тянет Фолк, подходя ближе. Он тоже натянул на нос мою повязку, но даже так смотрит на меня с превосходством. — Высший круг применил самое мощное плетение! Это не какая-то там простая регенерация. Это магия с полным обновляющим эффектом! Она проникает в саму суть тела, стимулирует рост и восстановление клеток, пробуждает скрытую жизненную силу!

Мир перед моими глазами на секунду замирает, а затем складывается в чудовищную, кристально ясную картину.

Мои пальцы впиваются в край металлической койки так, что белеют костяшки.

— Рост… клеток? — севшим голосом повторяю я.