Список вызовов. Он нашел его и обнаружил, что ему осталось меньше часа быть на съемочной площадке. Он также обнаружил, что у него была толстая папка с режиссерской копией сценария. Из всех обязанностей, которые были у помощника режиссера - а они простирались от секретаря до психолога, поставщика провизии, шофера и наркоторговца, - самой важной была работа хранителя сценария съемок. Дубликатов этой версии сценария не было, и, если не считать эго ведущих мужчины и женщины, это был самый хрупкий и деликатный предмет во всем утонченном мире постановки.

Если сценарий был здесь, а Йена не было, Сету Голдману было крышка.

Он взял свой мобильный телефон, у нее были зеленые глаза.

Она плакала.

Она хотела остановиться.

– и позвонил в продюсерский офис, извинился. Йен был в ярости. Эрин Холливелл была на больничном. Кроме того, специалист по связям с общественностью со станции на Тридцатой улице не перезвонил им по поводу окончательных договоренностей о съемках. Съемочная площадка "Дворца" должна была быть снята на огромном железнодорожном вокзале на пересечении Тридцатой и Маркет-стрит менее чем за семьдесят два часа. На планирование этого эпизода ушло три месяца, и это, безусловно, самый дорогой кадр во всем фильме. Триста статистов, тщательно продуманный трек, ряд встроенных спецэффектов. Эрин была на месте во время переговоров, и теперь Сету предстояло доработать детали, помимо всего остального, что ему предстояло сделать.

Он огляделся. Комната была разгромлена.

Когда они ушли?

Собирая свою одежду, он навел порядок в комнате, сложив все, что нужно было выбросить, в пластиковый пакет из корзины для мусора в маленькой ванной комнате номера мотеля, зная, что ему будет чего-то не хватать. Он, как всегда, заберет мусор с собой.

Прежде чем выйти из комнаты, он осмотрел простыни. Хорошо. По крайней мере, хоть что-то шло правильно.

Никакой крови.

3 5

Джессика рассказала Аде Пол Дикарлун о том, что они узнали накануне днем. Присутствовали Эрик Чавес, Терри Кэхилл и Айк Бьюкенен. Чавес провел раннее утро, сидя перед квартирой Адама Каслова. Адам не вышел на работу, и пара телефонных звонков остались без ответа. Чавес провел последние два часа, выясняя подноготную семьи Чендлер.

"Довольно дорогая обстановка для женщины, работающей за минимум и чаевые", - сказала Джессика. "Особенно для той, кто пьет".

"Она пьет?" Спросил Бьюкенен.

"Она пьет", - ответила Джессика. "В шкафу Стефани тоже было полно дизайнерской одежды". У них были распечатки счетов Visa, которые она сфотографировала. Они просмотрели их. Ничего необычного.

"Откуда берутся деньги? Наследство? Алименты на ребенка? Алименты?" Спросил Бьюкенен.

"Ее муж воспользовался пудрой почти десять лет назад. Не дал им ни цента, насколько я могу найти", - сказал Чавес.

"Богатый родственник"?

"Возможно", - сказал Чавез. "Но они живут по этому адресу уже двадцать лет. И пойми это. Три года назад Фейт выплатила свою ипотеку единовременной суммой".

"Насколько велика шишка?" Спросил Кэхилл.

"Пятьдесят две тысячи".

"Наличные?"

"Наличные".

Они все пропускают это мимо ушей.

"Давайте возьмем этот набросок у продавца новостей и босса Стефани", - сказал Бьюкенен. "И давайте проверим записи ее мобильного телефона".

В десять тридцать Джессика отправила по факсу запрос на получение ордера на обыск в офис окружного прокурора. В течение часа они его получили. Затем Эрик Чавес проверил финансовые документы Стефани Чандлер. На ее банковском счете было чуть больше трех тысяч долларов. По словам Андреа Серроне, Стефани зарабатывала тридцать одну тысячу долларов в год. Это был не бюджет Prada.

Как бы безразлично это ни звучало для кого-либо за пределами департамента, хорошей новостью было то, что теперь у них были доказательства. Тело. Научные доказательства, с которыми они могли работать. Теперь они могли начать собирать воедино то, что случилось с этой женщиной, и, возможно, почему это произошло.

К половине двенадцатого у них были записи телефонных разговоров. За последний месяц Стефани сделала всего девять звонков на свой мобильный телефон. Ничего особенного. Но запись со стационарного телефона в доме Чендлеров была немного интереснее.

"Вчера, после того как вы с Кевином ушли, было двадцать звонков на один номер с домашнего телефона Чендлеров", - сказал Чавез. "Двадцать на тот же номер?" Спросила Джессика. "Да".

"Мы знаем, чей номер?"

Чавез покачал головой. "Нет. Он зарегистрирован на одноразовый сотовый телефон. Самый длинный звонок длился пятнадцать секунд. Остальные длились всего несколько секунд ".

"Местный номер?" Спросила Джессика.

"Да. Обмен два-один-пять. Номер был одним из десяти сотовых телефонов, которые были куплены в прошлом месяце в магазине беспроводной связи на Пассьянк. Все подготовлено ".

"Десять телефонов были куплены вместе?" Спросил Кэхилл.

"Да".

"Зачем кому-то покупать десять телефонов?"