Лишь Франко Ромбах выплыл из кабинета неспешно, руки в карманах. Он явно сдерживал улыбку.

Герлинде, которая, судя по всему, прекрасно понимала, чем всё закончилось, сияла во весь рот. В глазах читалась гордость.

— Так я и знала.

Франко подошёл к ним.

— Итак, господа, — бодро произнёс он. — Пришлось подождать, но вы свободны.

— Ты серьёзно? — вырвалось у Скатоццы.

Франко усмехнулся.

— Более чем. Потому что… строго говоря, ещё не доказано, что произошедшее на вилле Димитриадиса — убийство. С тем же успехом это мог быть трагический несчастный случай. Чисто юридически вы не препятствовали текущему расследованию убийства, а всего лишь беседовали с причастными лицами. Добавьте к этому, что вы имеете законное право находиться в этой стране и даже обязаны задавать вопросы — как зафиксировано в запросе о правовой помощи согласно Европейской конвенции о взаимной помощи по уголовным делам.

— Впечатляет, — признал Геринк.

— При вас нет оружия, никто не пострадал, никому не причинён ущерб, — добавил Франко. — Вопрос закрыт.

— И почему тогда это заняло столько времени? — лукаво спросила Герлинде.

— Дорогая… — Франко закатил глаза. — Мы связывались с австрийским посольством в Афинах, с БКА в Вене и с начальством Николаидис в Афинах. — Он вынул руку из кармана и провёл по усам.

Тут к ним подошла Николаидис и грохнула на стол пластиковый контейнер — ноутбуки, телефоны, бумажники, удостоверения, ключ от машины.

— Ваши вещи.

Геринк молча всё забрал, потом поднял глаза.

— А карты от номеров где?

— Ах да, отель… — Рот Николаидис сузился в щёлку. — Мы позволили себе обыскать ваши номера в поисках похищенных улик.

— Нашли что-нибудь? — Геринк даже не пытался скрыть раздражение.

Николаидис не ответила.

— Затем мы распорядились освободить ваши номера и аннулировали бронь. Багаж доставлен сюда, на участок. Чемодан, дорожная сумка и рюкзак — снаружи, у вашей арендованной машины.

— Премного благодарен, — процедил Геринк.

— Пожалуйста. Кстати, мы позаботились о том, чтобы вы не нашли свободного отеля на этом острове. Даю добрый совет: улетайте домой. Добровольно. Ещё сегодня. Решите остаться — будете под наблюдением. Всего доброго.

Развернулась, ушла к себе и хлопнула дверью.

— Однако взвинчена, — констатировала Герлинде.

Геринк глянул на часы. Десять с лишним.

— Мы где-нибудь ещё найдём ночлег?

— Боюсь, нет. — Франко покачал головой. — Скверно.

— Милый, они могли бы переночевать у нас, — предложила Герлинде.

— Нет, спасибо, — тут же отказался Геринк. — Вы и так столько для нас сделали — не хотим втягивать вас ещё глубже.

— Чепуха! — воскликнул Франко. — Мы уже по уши во всём этом. И если можем хоть немного помочь раскрыть убийство нашего соседа, не попав сами под подозрение, — оно того стоит.

— К тому же у нас две просторные гостевые комнаты, — добавила Герлинде. — Кондиционер, москитные сетки, качественные матрасы.

— Только что отремонтированные, — кивнул Франко. — И потом: вы ищете пропавшую молодую австрийку, а мы, немцы и австрийцы, должны держаться друг за друга, верно?

Геринк посмотрел на Скатоццу.

— Ты понимаешь, что это будет первая ночь, когда нам не придётся спать бок о бок?

— А ты этого хочешь, дорогуша? — поддел Скатоцца.

— Будет чертовски тяжело, — пошутил Геринк, потом посерьёзнел. — Принимаем с благодарностью.

Герлинде потёрла руки — нежданные гости привели её в восторг.

— Глядишь, когда дело раскроется, и наш украденный электросамокат всплывёт. — Она встала. — Франко, дорогой, давай убираться от сюда.

Геринк и Скатоцца тоже поднялись, рассовали вещи по карманам и обменялись взглядами.

— Кое-что нужно сделать напоследок, — шепнул Геринк.

Скатоцца огляделся. Кивнул.

—На месте.

— О чём вы? — спросила Герлинде.

— Лучше тебе не знать. Пошли.

— Ты или я?

— Я. Иди первым.

Они покинули зал. Скатоцца впереди, за ним Франко и Герлинде, Геринк — последним.

Поравнявшись со столом Фоки, он провёл рукой по краю столешницы у клавиатуры. В этот момент Скатоцца громко чихнул. Геринк подхватил флешку и сунул в карман.

ГЛАВА 39

Елена надеялась поужинать вместе с Данненбергом, но тот был занят по горло. Всё время разговаривал по телефону, а потом и вовсе исчез с наполовину полной тарелкой и бутылкой красного в своём бунгало. Сквозь занавеску она различала мерцание компьютерного монитора.

Сестры Мило тоже нигде не было. Так что Елена, закутавшись в плед, ужинала при свечах на террасе виллы в обществе одной лишь семьи Кралкос. Ни кухарка, ни садовник, ни их сын-конюх немецкого не знали. Ангелос и Силас переговаривались по-гречески, а Венья по большей части молчала.