Он торчал здесь уже час, завернувшись в плед, и ждал рассвета. На этот раз ему не спалось, и он поднялся раньше Скатоццы. Тот сейчас плавал в бассейне в одолженных у Франко плавках — против самой мощной струи противотока — и выкладывался по полной.

Через двадцать минут он выбрался из воды и насухо растёрся полотенцем.

— Не хочешь освежиться?

— Я и так свежий. — Геринк отхлебнул уже вторую чашку кофе. Перед ним лежал ноутбук с воткнутой флешкой, которую он накануне стащил в полицейском участке. Как они и предполагали, на ней оказалась копия всех изъятых видео с телефонов — съёмки с вечеринки у бассейна Димитриадиса.

Ещё ночью они со Скатоццей рассортировали записи по времени и до двух часов просмотрели бо́льшую часть. Дёрганые кадры: прибытие первых гостей, танцы, конкурсы и начавшаяся позже попойка. Говорили почти сплошь по-гречески, но Герлинде переводила им самое важное. Около двух она выдохлась и ушла спать, не преминув объявить, что они с мужем любят поспать и раньше девяти утра их завтра точно никто не увидит.

Теперь Геринк прокручивал оставшиеся файлы. Около часа видеоматериала ещё ждали просмотра, и он уже взялся за них. Переодевшись, Скатоцца вышел на террасу — в шортах, рубашке с коротким рукавом, солнечных очках и с тарелкой бутербродов с салями, которые соорудил на кухне, — и сел рядом.

— Уже нашёл что-нибудь интересное? — спросил он с набитым ртом.

— Нет. Анна примерно на час пропадает из кадра, нигде её нет. Потом ненадолго мелькает на трёх записях, с бокалом в руке, но никто с ней не разговаривает. — Геринк показал ему сцену, которую досматривал последней. Диджей как раз ставил очередную вещь ZZ Top. — Отставляет бокал, просто стоит и наблюдает за людьми.

Скатоцца сдвинул очки на лоб.

— Совершенно спокойная — ни испуга, ни растерянности.

Геринк показал ему и другие фрагменты.

— Во всяком случае, не похоже, чтобы её кто-то преследовал, домогался или опоил алкоголем либо наркотиками.

На столик нахально опустилась чайка и покосилась на тарелку Скатоццы. Тот живо запихнул в рот последний кусок бутерброда и шуганул птицу.

Теперь они дошли до отрезка, где диджей поставилHotel California — ровно до того момента, когда Анна говорила по телефону и началась паника.

Дверь на террасу отъехала в сторону, и наружу вышла Герлинде. Сандалии, пушистый голубой халат, растрёпанная причёска — она явно только что встала. Грела ладони о чашку кофе и вдыхала ароматный пар, отчего прищуренные глаза чуть приоткрылись.

— Что-нибудь нашли? — пробормотала она сонно и опустилась на стул.

Геринк придвинул к ней ноутбук.

— Мы уже почти у самого конца — на том моменте, когда вспыхнула паника.

— Ладно. — Герлинде отхлебнула кофе, потёрла глаза и сощурилась на экран.

On a dark desert highway, cool wind in my hair…(«По тёмному шоссе в пустыне, прохладный ветер в волосах…») — звучало на фоне. И плеск от прыжков в бассейн. Кто-то наперебой кричал. Насколько они могли разглядеть, среди прыгавших в воду Анны не было. Геринк прибавил звук.

— Что они говорят?

— Что жутко воняет, — переводила Герлинде. — «…тухлыми яйцами и козьим дерьмом…»

— Побочные эффекты паратиона, — заметил Скатоцца.

— «Зовите на помощь… мне нечем дышать… позовите врача… помогите… что за чертовщина творится… вытащите меня… жжёт… задыхаюсь…» — продолжала переводить она, потом подняла взгляд. — Всё одно и то же кричат, по кругу.

Дальше записи шли смазанными — местами только звёздное небо, мраморный пол или ноги людей, торопливо пробегающих мимо. Паника бушевала вовсю. Кто-то то и дело налетал на других.

You can check out any time you like, but you can never leave…(«Выписаться можешь когда угодно, но уехать тебе уже не дано…») — медленный, тягучий грув звучал словно нарочитый контраст всему, что они слышали и, главное, видели.

— Стоп! — вдруг крикнул Скатоцца.

Геринк схватился за мышь и остановил видео. Он и сам заметил: на заднем плане, на лестнице, что вела в дом, стоял молодой черноволосый мужчина — тоже с телефоном наготове. Но он не метался в панике, как остальные, а просто стоял, спокойный, невозмутимый, и снимал.

— Видишь, куда он наводит камеру? — спросил Скатоцца.

Геринк кивнул.

— Снимает не бассейн, где как раз разверзается хаос, а держит телефон в другую сторону.

— А именно туда, где мы только что видели Анну, верно? — предположил Скатоцца.

Геринк сосредоточился и мысленно восстановил расположение бассейна с баром, лежаками и лестницей к дому — таким, каким запомнил его у Делии Димитриадис.

— Да, именно там на другой записи ненадолго мелькала Анна.

— Этот тип снимает не хаос и не хрипящих людей, которые загибаются, а… Анну? — недоверчиво спросила Герлинде.

— Похоже на то. — Но Геринк заметил не только это. Он нажал «play» и дал записи проиграться ещё несколько секунд. На краткий, менее смазанный миг лицо молодого человека стало различимо. Геринк тут же нажал «паузу» и показал на экран. — Я знаю этого типа.

Скатоцца придвинулся ближе и тоже уставился на изображение.