Она прошла мимо тёмного сруба и увидела стоявшую на подпорках парусную лодку длиной примерно семь метров. Рядом в траве лежали якорь с литой стальной цепью, две смотанные швартовые верёвки, багры, два спасательных круга и шесть синих кранцев. Выдвижной киль был снят и поблёскивал в вечернем солнце. Всё это напомнило ей об их последнем с Петером отпуске на хаусботе.

Невысокий жилистый мужчина — загорелый, с коротким серым ёжиком, в бермудах, сандалиях, футболке и расстёгнутой рубашке с коротким рукавом — работал наждачной бумагой по левому борту лодки. Другой борт уже был покрашен — в тот же красный цвет, что и забор, — и пах свежим лаком. На боку лихо белела надпись в мультяшном стиле: LADY RED LOBSTER(«Леди Красный Лобстер»).

— Это ваша парусная яхта? — спросила Елена.

— Уже три месяца как… Это каютная парусная лодка, — с гордостью ответил он, выпрямился и со стоном разогнул спину. — На пенсии исполнил мечту юности. Урвал старушку недорого на eBay, двухтысячного года, сам её привожу в порядок, а в конце сентября перегоню в Хорватию. — Он протянул ей руку. — Грегор Хеннеке.

— Елена Геринк, — сказала она.

Рукопожатие у него оказалось крепким; она почувствовала шершавую кожу и мозоли. И ещё обратила внимание на множество фенечек на запястье и почти новое обручальное кольцо.

Усмехаясь, он посмотрел на неё:

— Мы знакомы.

— Правда? Муж говорил, что, когда он был совсем ещё молодым парнем, вы обучали его в Мёдлинге…

Хеннеке махнул рукой, будто это было сто лет назад.

— Да, но мы встречались и много позже, когда ваш муж уже давно был на обычной службе. Это было… — он чуть склонил голову набок, — лет четырнадцать назад… на полицейском балу.

Поскольку сестру она сопровождала на полицейский бал всего один раз, тот вечер она помнила.

— Там я и познакомилась с Петером.

Бал был довольно скучным — до тех пор, пока Лиза не представила ей Петера Геринка из своего отдела в BKA. У Петера было хорошее чувство юмора, и в тот вечер он не раз заставлял её смеяться.

— Точно, — сказал Хеннеке. — Вы тогда очень оживлённо беседовали. Так уж совпало, что я сидел за тем же столом с другими бывшими инструкторами.

Елена приподняла брови.

— Да, верно, теперь вспомнила. У вас тогда были длинные чёрные волосы.

— Да уж, время идёт… — Он ухмыльнулся. — Почти каждый мужчина за нашим столом был бы рад пригласить вас на танец, но против Петера шансов ни у кого не было. В тот вечер он сорвал джекпот. Я хорошо помню своего бывшего ученика — и тогда искренне за него порадовался. — Он покачал головой. — Следователь и детектив — вы были отличной парой.

— Вскоре после бала мы вместе работали над одним делом, связанным с лекарствами, — вспомнила она. — В меня тогда стреляли, а Петер арестовал того типа. После этого он каждый день навещал меня в больнице.

— Я бы ему и сам это посоветовал, — со смехом сказал Хеннеке.

Надо же.

Елене казалось, будто с тех пор прошли десятилетия. Когда она снова встала на ноги, они отправились в Ирландию в поход с рюкзаками, и именно тогда Петер подал ей идею открыть собственное детективное агентство. Хотя у них, как, вероятно, у большинства пар, бывали тяжёлые времена, они всё ещё были счастливы.

— Мы до сих пор вместе, — только и сказала она.

— Знаю. — Он кивнул. — У него всё ещё тот белый мотоцикл с широкими боковыми кофрами?

— Да, Harley-Davidson Road King. Весной мы часто катаемся по Венскому лесу, а иногда даже доезжаем до Венеции.

— Десять лет назад вы раскрыли несколько убийств в Тоскане и вернули домой похищенную австрийку, верно?

Она кивнула.

— Только были мы там не на Harley-Davidson.

Против воли ей вспомнилась Уоллес, и она поспешила отогнать эту мысль, чтобы снова не разрыдаться.

— Так о чём сейчас речь? — спросил он. — Новое дело?

Она кивнула.

— Петер рассказал мне, что пятнадцать лет назад вы возглавляли убойный отдел и работали по делу Нины Грабовски. Дед Нины нанял меня, чтобы я ещё раз всё проверила. Что вы можете рассказать мне о Томасе Данненберге?

Хеннеке пристально посмотрел на неё. Потом наконец кивнул.

— Quid pro quo(«услуга за услугу»), — сказал он.

— Ладно, чего вы хотите взамен? — спросила она. — Денег? Информации? Наркотиков?

Он с усмешкой покачал головой.

— Мы с мужем хотим с начала октября до конца ноября идти на Lady Red Lobster вдоль хорватского побережья.

Значит, Грегор Хеннеке был геем.

Поэтому раньше он и сказал, что танцевать с ней хотели почти все мужчины за столом, а не все без исключения.

— В начале октября? — переспросила она, окинув взглядом лодку. — Успеете?

— До этого ещё много чего надо сделать. Якорный ящик пока немного заедает, Lady нужно заново покрасить, поставить более мощный электромотор, новые аккумуляторы и автоматическое зарядное устройство.

— И вы собираетесь два месяца жить на этой лодке?