— …и прежде чем успевает избавиться от тела, появляется полиция, а он пытается уйти через окно ванной, — закончила Айхфельнер.

— Возможно, он и не собирался прятать тело, а хотел инсценировать ограбление с убийством, — предположила Елена.

— Может быть… Мы этого не знаем. Полиция приехала слишком рано.

Но слишком поздно для девушки.

В документах Елена увидела, что дом в Майдлинге был последним зарегистрированным адресом Данненберга в Австрии. О переезде в Рим не упоминалось ни слова, хотя тот состоялся уже после оправдания.

В других папках нашлись показания свидетелей, отчёты криминалистов, судебные экспертизы и протоколы судебных заседаний.

— Когда-нибудь рассматривали другого подозреваемого?

Айхфельнер покачала головой.

— Для этого не было никаких оснований. — Она скептически посмотрела на Елену. — Почему спрашиваете?

— Да нет… — пробормотала та. — Просто удивляюсь, что мне так запросто позволяют всё это смотреть.

Дело давно считалось нераскрытым, но Елена по горькому опыту знала: даже в таких случаях частным детективам запрещено каким-либо образом вмешиваться в следствие. Нарушишь — до года тюрьмы.

— Дело вот в чём… — Айхфельнер откинулась на спинку стула и хрустнула костяшками пальцев. — За все эти годы мы не смогли предъявить Данненбергу ничего нового. Равно как и обнаружить свежие улики. — Она сложила папки в одну стопку и подвинула их к Елене. — У меня больше нет времени. Делайте что считаете нужным. Может быть, именно вы придумаете, как всё-таки упрятать его за решётку.

— Мне правда можно это забрать?

— Конечно. Я скопировала и распечатала всё, что может оказаться важным. Возможно, свежий взгляд поможет нам продвинуться.

— Вы понимаете, что формально не имеете права передавать эти документы — тем более частному детективу, — на всякий случай подчеркнула Елена.

— А кто говорит, что я передаю их частному детективу? — серьёзно спросила Айхфельнер. — Я всего лишь сделала копии для комиссара Петера Геринка из Федерального управления уголовной полиции. Если его любопытная жена дома случайно в них заглянет — я тут ни при чём. — Она поднялась. — Мне пора.

Совершенно нетипично, чтобы сотрудники крипо шли на такое. То, что они передавали подобные сведения постороннему, лишь показывало, насколько отчаялись следователи.

Елена протянула Айхфельнер руку.

— Спасибо.

— Удачи.

Молодая сотрудница вышла.

Елена проводила её взглядом, потом опустила глаза.

Всё зависит от того, старушка, как быстро мы найдём Данненберга.

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

Земельное управление уголовной полиции (Landeskriminalamt, LKA) — региональное управление уголовной полиции в Австрии; каждая федеральная земля имеет собственное LKA.

Ван-дер-Нюль-гассе (Van-der-Nüll-Gasse) — улица в Вене, названная в честь австрийского архитектора Эдуарда ван дер Нюля.

Вена-Митте (Wien Mitte — «Вена-Центр») — крупный транспортный узел в центре Вены; здесь служит ориентиром привычного маршрута героини.

Крипо (Kripo, сокращение от Kriminalpolizei — «уголовная полиция») — разговорное обозначение уголовной полиции в немецкоязычных странах.

Austrian Airlines — национальная авиакомпания Австрии.

ГЛАВА 10

Посадка на рейс AUA до Афин в венском аэропорту задержалась более чем на полчаса, и Геринку со Скатоццей всё это время пришлось торчать у выхода на посадку. Потом они ещё тридцать минут просидели в самолёте, ожидая разрешения на взлёт, так что в итоге поднялись в воздух с опозданием больше чем на час.

Оба были раздражены — время бездарно уходило впустую. Единственный плюс заключался в том, что Геринк успел дважды созвониться с криминалистической лабораторией. Там заверили, что все фотографии, которые Анна Кляйн отправляла друзьям, поступят в высоком разрешении по защищённой сети БКА не позднее завтрашнего утра.

К этому моменту самолёт уже набрал высоту, и Скатоцца гонял на телефоне судоку максимальной сложности — и трижды подряд проиграл.

— Тебе стоит понизить уровень, — наконец посоветовал Геринк.

— Когда я расследую сложное дело, я тоже не могу понизить уровень, — проворчал Скатоцца, убрал телефон, отвернулся и попытался уснуть.

Из-за разницы во времени в Греции был уже на час более поздний вечер, и приземлились они только после одиннадцати по местному времени.

На этот раз Геринк ограничился дорожной сумкой и рюкзаком с ноутбуком — только ручная кладь. Табельное оружие он намеренно оставил дома: во время недавней командировки на Санторини пистолет создал слишком много ненужных проблем с местными властями. Только Скатоцца, как всегда, прихватил свой личный Walther PPK и никогда с ним не расставался.

Пока Скатоцца получал оружие на таможне, Геринк направился к ленте выдачи багажа. После стандартных сообщений греческого оператора на телефон пришло ещё одно — на английском языке, из гостиницы, которую для них забронировало БКА.

— Чёрт…