— Оливер, я вытащу тебя отсюда, — прошептала она. — Всё будет хорошо.

Дино помог ей приподнять ребёнка. Тот почти ничего не весил и казался бесконечно хрупким. Губы потрескались и пересохли, веки подрагивали.

Пока Дино поддерживал мальчика, Елена сняла свитер, надела его на Оливера и завернула ребёнка в ткань. Затем осторожно подняла и прижала к себе.

Слёзы всё ещё текли по её лицу.

— Я с тобой. С тобой ничего не случится, малыш. Ты такой храбрый, — снова и снова тихо повторяла она.

Затем посмотрела на Дино.

— Ему срочно нужна вода.

Дино осмотрел пол клетки, но другой миски с водой не нашёл. Фрукты на оставшейся тарелке давно покрылись плесенью.

Он покачал головой.

— Поднимемся к остальным, — мягко сказал он.

Дино пошёл впереди, держа в руках лампу и пистолет.

Елена следовала за ним с Оливером на руках, а Дино по пути рассказывал, как они выбрались из своей клетки.

Вскоре из темноты выступили силуэты Петера и Данненберга. У Петера на бедре была давящая повязка, у Данненберга — на плече.

— Что с Мило? — крикнул Петер.

— Когда я уходил, он ещё был жив, — ответил Дино. — Я затащил в клетку то, что от него осталось, и защёлкнул навесной замок.

Петер подошёл к Елене и провёл рукой по волосам мальчика.

— Он ещё…?

— Да, — прошептала она. — Но дышит совсем слабо.

Держа Оливера на руках и чувствуя, как Петер обнимает их обоих, Елена внезапно вспомнила собственного ребёнка, которого потеряла, и семью, о которой всегда мечтала, но так и не обрела.

— Нужно как можно скорее вынести Оливера отсюда, — сказала она, захлёбываясь рыданиями.

Петер отпустил её.

— Хорошо, но нельзя принимать поспешных решений.

— Лучше всего его смогут обеспечить едой и лекарствами наверху, на вилле, — предложил Данненберг.

— Согласен. Но как добраться туда быстрее и безопаснее? — спросил Петер. — Путь вниз по пещере к бухте, которым ушли те двое, отпадает. Там скалы и сильный прибой.

— И мы почти не знаем дорогу, — согласился Данненберг. — Я предлагаю подняться тем же путём, которым мы спустились.

Дино кивнул.

— Я тоже за. Кроме того, наверху Леонидас, а с ним я очень хочу разобраться.

— Если он с матерью уже не забаррикадировал вход в подвал, — заметила Елена. — Тогда мы здесь застряли.

— Но на этот случай у нас есть пистолет, — сказал Петер.

— С четырьмя патронами.

— Хватит. В любом случае нужно держаться вместе.

Петер указал наверх.

— Идём?

Все кивнули.

Данненберг с керосиновой лампой двинулся первым. Петер снова взял пистолет и последовал за ним.

Елена шла третьей — медленно, осторожно, прижимая к себе Оливера и стараясь отдать ему как можно больше тепла.

Дино предложил понести мальчика, но Елена не смогла с ним расстаться. Тогда Дино собрал аптечку, зажал её под мышкой и замкнул шествие.

Вскоре они дошли до конца пещеры и нашли скрытый лестничный проход.

Ступень за ступенью группа начала подниматься к нижнему подземному этажу — к облицованным плиткой камерам и их чудовищному содержимому.

ГЛАВА 75

Сначала они прошли по единственному длинному коридору со множеством зарешечённых камер. При свете керосиновой лампы теперь было видно гораздо больше деталей, чем прежде, когда дорогу освещали только телефонными фонариками.

Но Елена не обращала внимания на ужасы по сторонам.

— Дашь мне мальчика? — снова предложил Петер.

— Он совсем лёгкий. Я справлюсь.

Она не отдала бы Оливера, даже если бы он весил вдвое больше и у неё отваливались руки.

Они двигались не торопясь и старались не шуметь. Петер держал оружие наготове и постоянно смотрел по сторонам. Леонидас вполне мог приготовить для них ловушку.

Однако ничего не произошло.

Они добрались до изогнутой лестницы, ведущей на первый подземный этаж, вошли в небольшой овальный зал и выбрали средний проход — тот, которым Петер спускался раньше.

И теперь Елена подавила желание смотреть по сторонам. Ей хватало обрывков, замеченных краем глаза в камерах: мозг сам складывал их в чудовищные картины.

Не отводя взгляда от дороги, она следовала за Петером и пятном света от лампы Данненберга.

Наконец они достигли первого овального зала с тремя арками.

Все свечи, зажжённые ими раньше, погасли. Не горели и лампочки, висевшие на кабеле в длинном коридоре под неоштукатуренным сводом.

Некоторое время они искали выключатель, но затем отказались от этой идеи. У них всё ещё оставалась керосиновая лампа.

Преодолев последний туннель, они начали подниматься по узкой винтовой лестнице.

Елена вспомнила, как сильно её раздражал затхлый запах подвала, когда много часов назад она спускалась здесь. Теперь сырость почти не ощущалась — настолько она привыкла к тяжёлому воздуху.

Однако голова снова начала болеть.

— Мы почти выбрались, — прошептала она.