— Бию, дочь Стикса. Она олицетворяет силу и насилие. Видите ли, Мило Бакис всегда был очарован источником художественного вдохновения и первоначальной искрой, запускающей творческий процесс. Он создаёт уникальные произведения как дань древним богам. Так он не только оставляет после себя наследие, но и стремится обрести божественное бессмертие.

— И когда, по-вашему, он достигнет этой цели? — спросил Петер.

— Возможно, уже скоро. Ходят слухи, что одна из его следующих работ станет завершающим произведением — гигантским изображением четырёх всадников Апокалипсиса.

— Тех самых четырёх всадников Апокалипсиса из Откровения Иоанна? — всё-таки вмешалась Елена. — Из Библии? Как одно сочетается с другим?

— Очень даже хорошо.

Леонидас удостоил её снисходительного взгляда.

— Евангелист Иоанн записал своё видение Апокалипсиса примерно в сто пятидесятом году после Рождества Христова. Произошло это на побережье греческого острова Патмос. Там же находится легендарный грот Иоанна.

По плечам и затылку Елены пробежал холодок. Раньше она этого не знала. Ей было известно лишь о большом пещерном празднике на острове Ираклия, который ежегодно устраивали в честь святого Иоанна Крестителя.

Елена невольно вспомнила молодую британку Вики Бэнкс, тринадцать лет назад исчезнувшую именно в тех сталактитовых пещерах.

— Удивительно, насколько тесно христианская религия переплетается с древнегреческой культурой.

Леонидас кивнул.

— Поэтому Греция — по крайней мере в представлении Мило Бакиса — считается родиной христианского Апокалипсиса.

— Вы поразительно много знаете о творчестве Бакиса, — заметил Дино.

Ещё бы. Ведь на самом деле автор этих произведений — он сам.

Елена украдкой посмотрела на Данненберга. Направление разговора ему явно не нравилось.

— Не ожидали? — отозвался Леонидас. — Я изучал современное искусство в Афинах и уже много лет восхищаюсь Мило Бакисом. Поэтому и приехал.

— Чтобы я правильно вас понял… На вечеринке у бассейна недавно умершего судовладельца Ионы Димитриадиса произведения Бакиса не продавались? — перешёл Петер в наступление.

Атмосфера мгновенно изменилась.

Взгляд Леонидаса стал острым и предельно сосредоточенным.

— Насколько мне известно, нет.

— И всё же вы там присутствовали.

Петер выдержал паузу.

— В субботу, девятнадцатого сентября.

— Я не имею никакого отношения к трагической гибели этих людей.

— Мы знаем, — сказал Дино. — Но там вы разговаривали с молодой австрийкой — Анной Кляйн. Вас также видели, когда вы вместе покидали вечеринку.

Леонидас прищурился.

— Это правда. И что?

— Вы отрицаете, что вместе с ней поехали в порт Наксоса на украденном электросамокате?

— Нет, не отрицаю. Откуда вы узнали? Дело в самокате?

— На самокат нам плевать, — сказал Дино и подошёл почти вплотную к Леонидасу. — Но нам не плевать на другое. Где сейчас Анна Кляйн?

Леонидас не отступил. Напротив, вскинул подбородок и выдержал взгляд Дино.

— Откуда мне знать? Я ей не папочка.

— Анну видели поднимающейся на вашу яхту, — сказал Дино.

Леонидас холодно улыбнулся.

— Сомневаюсь. В порту я с ней попрощался. Она не захотела плыть со мной. На этом всё?

— Нет.

Петер глубоко вдохнул.

— Как вам понравился фортепианный концерт на приёме исландского посла в городском театре «Аполлон» на Сиросе?

— Господи, какие у вас резкие переходы… Дайте подумать…

Леонидас выпустил задержанный воздух.

— Это было уже год назад.

— Девять месяцев, — уточнил Петер.

— Хорошо, девять месяцев. Зачем вы спрашиваете? Там тоже исчезла женщина?

— Почему «тоже»? — спросил Дино.

— Господи, вы же спросили, где находится Анна Кляйн. Значит, я предполагаю, что она пропала, — вспылил Леонидас.

Его прежде непоколебимая маска начала трескаться. Елена задумалась, не теряет ли он самообладание.

— София Теодору, — сказал Дино. — Вас видели вместе с ней за кулисами театра. После этого она тоже бесследно исчезла.

— И вы думаете, что я имею к этому отношение?

— Никто этого не утверждал, — совершенно спокойно ответил Петер. — Мы лишь хотим узнать, что вы можете рассказать о встречах с этими двумя женщинами.

— София… — вслух задумался Леонидас. — Мы поговорили, выпили, а потом попрощались.

Он сделал паузу.

— Разве этим не должна заниматься греческая полиция?

— Мы можем её пригласить, — предложил Петер.

— Только не сюда! — резко вмешался Данненберг.

Елена коротко посмотрела на мужа. Это была не та психологическая тонкость, которую Петер обычно проявлял на допросах, а скорее метод Дино — идти напролом. Очевидно, времени у них почти не оставалось и результат требовался немедленно.

Она прочистила горло.

— Леонидас… Вам знакомо имя Вики Бэнкс?

Он изумлённо посмотрел на неё. Елена ясно увидела, как на его шее напряглись сонные артерии, а лицо слегка покраснело.

— Она тоже пропала?

— Именно. Ровно тринадцать лет назад.

Петер едва заметно приподнял бровь. Елена хорошо знала этот жест — он был впечатлён.