Первый опрос ничего толкового не дал. В академии девушка не появлялась с Новогодия. В городе ни с кем контактов не имела. Родственников тоже нет. Вернелла была сиротой.

«Жуткая судьба!» – Мы с Альвией, услышав об этом деле от Эвана, закусили удила, мечтая убийцу беззащитной малышки раскатать до размеров микроскопической пыли.

На последнем, третьем листе дела коронер выражал подозрение на химическое воздействие – яд, но за сутки, пока тело лежало в канаве, все реагенты выветрились из крови бедняжки, поэтому утверждать со сто процентной точностью было невозможно.

Отпечатки магического фона тоже не помогли. Их тупо не было! Либо кто-то грамотно зачистил место, возможно, используя артефакты поглощения, либо магия вообще не применялась.

«Кто же ты такая, Вернелла? – я с сожалением разглядывала магснимок, прикреплённый к делу, и сердце сжималось.

Девушка смотрела в объектив неживым, стеклянным взглядом. Светлые волосы. Лицо доброе, но немного испуганное.

– И где твой ребёнок?

Читала, перечитывала, строила версии, которые вертелись в голове каруселью бездоказательных догадок, что считалось непрофессиональным.

Может, она видела что-то, чего не должна была видеть? Логично, она же исчезла внезапно. Даже не уволилась официально. Просто ушла со смены и больше не появлялась. Но при чём тут тогда беременность?

Может, залетела от одного из парней? А его родители, дождавшись рождения внука…

– Нет. Глупость какая.

«А что, если отцом оказался преподаватель? Женатый, например? Драконы очень щепетильно относятся к своим детям… Даже, если их рожают дарканки – обычные человечки. Но зачем убивать? Страх разоблачения? Страх за репутацию?»

За окном медленно темнело.

Тени от башен ложились на землю, удлиняясь, как пальцы мертвецов, тянущиеся к теплу.

Свет магических фонарей за окном становился всё ярче, контрастируя с синеющей мглой внутри комнаты.

Я отодвинула папку, разминая затёкшую шею.

В тишине комнаты мои мысли звучали слишком громко.

К единственно верному решению пришла, когда в комнате стало совсем темно, и я уже почти перестала различать буквы в отчёте.

– Идти на кухню, – произнесла вслух, и мой голос, изменённый иллюзором, прозвучал чужим баритоном. – Там она работала. Там её видели в последний раз. Там могли остаться её вещи. Или люди, которые знали её тайну.

Встал вопрос ребром: идти сразу или привести себя в порядок?

Взгляд упал на застёгнутый доверху китель. Ткань была грубой, натирала ключицы. Но главное не это.

Грудь.

За день кожа под тканью прела, ныла, требовала свободы. Я даже предвкушающе зажмурилась, вспоминая, каково это – дышать полной грудью, в прямом смысле слова. Ребра ныли от постоянного давления эластичного полотнища.

– Душ! – решила твёрдо, поднимаясь из-за стола.

Заперев дверь ванной на магическую печать (иллюзор иллюзором, но бдительность терять нельзя, даже если комната закрыта на засов!), я включила воду. Ждала, пока пар заполнит небольшое помещение, создавая белую пелену, скрывающую всё лишнее.

Раздевалась медленно, с ощущением, будто снимаю с себя вторую кожу.

Когда я размотала эластичное полотнище, сдерживающее грудь, из горла вырвался тихий стон облегчения.

– Господи… – прошептала, растирая покрасневшую кожу. – Как же хорошо!

Кровь прилила к мышцам, возвращая чувствительность.

Я смотрела на своё отражение в запотевшем зеркале.

Там, сквозь магическую маску Ксандра, проступали мои настоящие черты. Блестящие глаза, бледная кожа.

Вода смыла пот, усталость и напряжение, возвращая мне собранность и готовность действовать.

Я стояла под горячими струями, позволяя себе хотя бы на десять минут стать снова собой.

Здесь, за закрытой дверью, под шум воды, я могла расслабиться.

Но реальность напомнила о себе слишком рано.

Не успела выйти из душа, наспех обернувшись большим махровым полотенцем, как в дверь громко постучали!

Бам-бам-бам!

Настойчиво, требовательно, без всякого намека на вежливость.

Сердце ухнуло куда-то в пятки.

____________

Вот такие у нас дела...

Не то, чтобы мне вдруг стало страшно. Скорей неожиданно.

Иллюзор – кольцо с магическим отпечатком Ксандра – скрывало мои истинные черты 24/7. Я его не собиралась снимать… и правильно – происходящее доказало, что моё решение было верным.

«А то, что парень полотенце повязал не на бёдрах, а начиная от груди… ну, что тут такого? Может, Ксандр – стесняшка?!»

Адреналин гулял в крови, отдаваясь пульсирующими толчками в висках.

«Ой! Да!!! Грудь! Грудь не перетянута!» – всполошилась, вот теперь пугаясь!

Под махровым полотенцем, а потом и под любой одеждой, которую я успею натянуть, силуэт мог показаться… женственным. Слишком выдающимся в неположенных местах для парня. Что я на Земле, что здесь, моя двойняшка на Уграсе, мы имели третий размер груди.