Глава 2. Отшептала беду

– А сейчас со словами напутствия для первокурсников выступит наш уважаемый генерал – Мордред сейш Сагай!

Шквал аплодисментов помог мне сбросить с себя удушающие щупальца прошлого.

Ветер обжёг лёгкие, когда я втянула в себя весь его максимум, с удивлением отмечая, что всё это время, оказывается, не дышала.

«Так вот почему голова кружится! Вовсе не из-за страха…»

Момент торжественной речи мне запомнился весьма ярко.

Низкий глубокий тембр Мордреда играл на моих нервах, как проворные пальца талантливого музыканта.

Генерал говорил тихо, но его голос без каких-либо усилий заполнял собой пространство площади, заставляя даже самых шумных первокурсников замереть в ожидании.

Мор говорил о чести, о магии, которая закаляется не хуже стали, если не давать себе поблажек. О том, что сила дана не для унижения слабых, а для защиты тех, кто не может защитить себя сам.

Каждое слово правителя Негрэша ложилось правильным камнем в фундамент будущей службы парней, и я даже расслабилась, наслаждаясь мудростью… «дядьки».

Ректор, седой дракон в мантии цвета инея, перехватил эстафетную палочку сразу, как только Мордред пожелал всем успешного учебного года и незабываемых впечатлений от студенческой жизни.

«Хваткий дракон».

Ректор торжественно ударил боевым посохом, вершину которого венчал пульсирующий кристалл-артефакт.

– Первый курс! Коснитесь правой рукой сердца! – скомандовал он, и сотни ладоней шумно ударились о грудь. – Клянётесь ли вы чтить магию, данную вам Богами? Клянётесь ли применять её во благо и ради защиты Дарийской империи, не щадя живота своего?

– Клянёмся! – грянул строй.

Звук был таким мощным, что с ближайших крыш сорвалось несколько снежных птичек-сайкорят.

Мордред кивнул, удовлетворённый.

– Удачи на пути воина, – кратко бросил он, и в этом сухом пожелании чувствовался вес.

Затем лорд развернулся и решительно спустился с постамента, пока кураторы успокаивали ликующих адептов.

– Генерал! – попытался остановить Мора ректор, семеня следом. – Мы приготовили пиршество в честь начала года! Разделите трапезу с нами?

– Дела, – отбросил Сагай, не сбавляя шага.

Больше он не оглянулся.

«Фух! Рабочий всё-таки заговор. Кажется, я отшептала себя».

Я выдохнула, чувствуя, как, не побоюсь этого слова, «гора» сваливается с моих плеч.

Сейш Сагай улетел, оставляя мою неоправданную панику в растерянности тлеть углями.

Но где-то в глубине души, под рёбрами, кольнуло грустью.

«Скучала», – призналась себе честно.

Однако это была уже не та разрывающая тоска, что преследовала меня весь первый год без старшего Сагая. Тогда каждый угол напоминал о нём, каждый звук казался его шагами.

Сейчас же боль притупилась, покрылась коркой, как лёд на осенней луже.

«Это хорошо», – успокоила себя, поправляя воротник кителя.

Я поплелась следом за своей группой, стараясь не отставать от широких спин однокурсников.

По пути я украдкой изучала территорию обширного академического комплекса. Ксандр тщательно обрисовал всё на картах, которые я зубрила перед внедрением, но увидеть масштаб военной академии ледяных драконов вживую было куда круче.

Башни из белого камня уходили в небо, соединённые переходами, сверкающими на солнце. Внизу, в низинах-площадках между корпусами, находились те самые тренировочные корты, где мне совсем скоро придётся знатно попотеть.

Всё здесь дышало силой.

Когда толпа шумных юношей и молодых мужчин, которых называть «юношами» язык не поворачивался, ворвалась в столовую, я заняла своё место за длинным столом боевиков.

Зал гудел, как улей. Подносы с едой передавали по цепочке, кто-то спорил, кто-то смеялся.

Парни болтали о летних каникулах, делились сплетнями о том, кто кого побил в драке, и в свойственной им грубой манере обсуждали молоденьких служанок, стоящих по ту сторону раздачи.

– Видел новенькую? Глаза как блюдца…

– Да брось. Вон та, что на первых блюдах стоит, ничего так…

Я всё это слушала краем уха, механически отправляя в рот куски мяса, вроде как шашлыка. Драконы такое любили.

Размышляла о том, не показалось ли мне, что Мордред слишком пристально изучал ряды адептов. А проходя мимо нашего сектора, так и вовсе повёл носом, шумно нюхая воздух.

«Драконье обоняние… – ёкнуло сердце. – Оно работает чуть хуже, чем зрение, но… он точно пытался кого-то учуять! Не меня ли? Или я надумываю?»

Иллюзор Агаты держался крепко. Артефакты скрытия тоже работали.

«Забудь. Улетел и улетел! Хватит думать о нём! – одёрнула себя, втыкая вилку в запечённый картофель. – Ты здесь не для вздохов по генералу. Ты здесь по делу».

И тут, сквозь гул голосов, до меня долетело знакомое имя.

– …говорят, её нашли возле лесопилки.

– Да ты что?!

– Жаль… Мне всегда нравилась эта Вернелла.