Но на самом деле сепарация продолжается всю жизнь, тесно переплетаясь с другим душевным процессом –индивидуацией, становлением самим собой. В глубинной психологии мы говорим о том, что сепарация и индивидуация никогда не заканчиваются, потому что потенциал индивидуальности каждого человека безграничен. Снова и снова, в каждой новой ситуации жизни он может раскрываться с совершенно неожиданной стороны. Поэтому у аутентичности нет пределов и нет границ, всю жизнь мы в ней совершенствуемся.

Говоря о сепарации, психологи, а также целые школы и направления имеют склонность чрезмерно концентрироваться на детских возрастах и упускать из виду один из самых интересных, а главное – сознательных этапов –переход из юности во взрослость. Этот переход уже в меньшей степени связан с физиологией и является преимущественно психическим событием, поэтому его возрастные рамки гораздо шире. Чаще всего он происходит в возрасте около 30 лет, а если брать более широкий промежуток, то 25–40 лет. Бывает, переход во взрослость задерживаются и до 50, а некоторым так никогда и не удается повзрослеть. Но, несмотря на размытость возрастных рамок, для психики переход во взрослость – вполне конкретное событие.

Когда происходит сепарационное событие, человек перестает жить по чужому плану и начинает осуществлять свой собственный. Он способен перестать хаотично или на автомате бежать куда-то, искать кого-то, стараться кому-то понравиться. Вместо этого он может развернуться к собственной жизни и начать принимать решения в ее интересах.

Когда я училась на первом курсе Московского Института Психоанализа, на одной из лекций нам рассказали, что психоаналитиком невозможно стать раньше двадцати семи лет. Ты можешь практиковать консультирование, но не имеешь возможности вступить ни в одну официальную психоаналитическую ассоциацию, даже если выполнишь все требования (а требований для вступления в любую международную ассоциацию очень много). Объясняли это отсутствием достаточного жизненного опыта и собственно отсутствием той самой зрелости. До 27 лет, говорил нам преподаватель, «психика априори слишком нестабильна, драйвы и аффекты в психике слишком сильны».

В переводе на обычный язык это значит, что до указанного возраста мы слишком эмоциональны, движимы внутренними течениями, сменой настроения, гормональным фоном. В юном возрасте у нас низкая способность к саморефлексии, к дистанцированию от самого себя, мы слишком реактивны, слишком быстро и слишком резко на все реагируем. Мы еще мало знаем о себе и о жизни, чтобы мыслить на перспективу, и слишком увлечены страстями. Поэтому мы не можем быть серьезными психоаналитиками, ведь для этого нужна значительная эмоциональная стабильность, а также способность отстраняться от своих чувств, дистанцироваться от себя и от ситуации, смотреть на все со стороны и мыслить на перспективу. В юном возрасте жизнь – внешняя и внутренняя – «несет нас». Поэтому мы не можем быть членом какой-либо психоаналитической ассоциации, но в остальном в этом периоде нет ничего страшного. Это прекрасный возраст, он нужен нам для того, чтобы накопить чувственный опыт, узнать себя и мир.

Помните строчки из поэмы «Мцыри» М. Ю. Лермонтова:

Я молод, молод… Знал ли ты

Разгульной юности мечты?

Или не знал, или забыл,

Как ненавидел и любил;

Как сердце билося живей

При виде солнца и полей.

Они как нельзя лучше описывают переживания юности и ее особый вкус. Возраст примерно от 17 до 27 лет (плюс-минус три года) – прекрасное время. Время ярких опытов, влюбленностей и разочарований, путешествий внутренних и внешних, эмоциональных американских горок. Время, когда тебя захватывают увлечения и планы, проекты и страхи, решения и отмена решений, надежды, ожидания, фантазии. Жизненность здесь зашкаливает.

Как и любой другой жизненный период, юность очень важна. Здесь мы накапливаем эмоциональный опыт, находим свои источники энергии – то, что заставляет чувства пробуждаться. Узнаем многое о себе, мире и окружающих людях – не концептуально, а именно чувственно узнаем. Здесь мы пробуем вкус свободы – потому что чаще всего уже независимы от родителей, а собственной семьи пока нет. Это период экстравертного внимания, когда внешняя жизнь соблазняет и увлекает нас, подхватывая внутреннюю жизнь – мы находим авторитеты, идеализируем людей, смотрим фильмы и слушаем музыку, растворяясь в ней, потому что она соответствует захватывающим нас чувствам. Все остро и пронзительно.

Как говорят в народе, юность нужна нам, чтобы «нагуляться», но только психологически. Речь идет не о большом количестве партнеров или вечеринках, а об активной чувственной жизни, настроение которой так пронзительно описывает Лермонтов в поэме «Мцыри». И если мы по какой-то причине не смогли насладиться своей юностью, прожить яркие чувства, это будет значительно усложнять процесс сепарации. Непрожитый опыт любви и свободы, своеобразного растворения в мире будет манить нас, отвлекая от взрослых задач и окрашивая взрослость серыми цветами, скукой и тяжестью.