— Что именно тебя расстроило? — осторожно интересуюсь. — Или она тебя обижает?

В ответ Ира фыркает и машет рукой, мол, нет, Лера её не обижает.

— Что меня расстроило? — продолжает она. — То, что она насквозь фальшивая, мам, — изумлённо говорит Ира. — Я не понимаю, как ей можно верить, как её можно слушать!

Тут я с ней согласна полностью, мне, как человеку прямому, да и Ире тоже, не понять людей вроде Леры.

— Она мне ещё таким сладким голосом говорит: «Ирочка, ты же понимаешь, я хочу, чтобы мы дружили. Мы же семья». Фу!

— И что ты?

— А что я, — дочь вздыхает. — Я не хотела расстраивать папу, поэтому взяла у неё подарок.

— Ну и молодец, — стараюсь её приободрить. — Ты поступила по-умному.

— Я думала, — тихо говорит Ира, — вот просто уверена была, что папа с ней расстанется. Ну правда. Я же видела, как он относился к её звонкам и как ему было в падлу отвечать, — она качает головой. — У него даже взгляд менялся, когда он видел её имя на экране, а тут…

— Чужая душа — потёмки, даже если это душа твоего папы.

— Она ему совсем не подходит, — качает головой Ира. — Я уверена, что он её не любит, правда, не могу этого доказать…

Выслушав дочь, я осторожно меняю направление разговора, чтобы не зацикливаться на и без того животрепещущей теме.

Я разделяю её мнение относительно Леры, но она всё равно её мачеха. Остаётся надеяться, что скоро они с Федей уедут домой и не будут здесь появляться ещё как минимум лет пять.

Ночью я не сплю. Есть о чём подумать.

Что произошло у салона с Федей, у которого в руках были чайные розы? Логичнее всего поверить своим глазам и ушам — это был сюрприз для Леры.

Но как он мог знать, что она будет в моём салоне? Как?..

Сон никак не идёт, и я достаю телефон — просто чтобы чем-то занять голову. Может, книгу почитать.

Но захожу в мессенджер и вижу, что в такой поздний час Федя в сети.

Половина второго ночи, а он онлайн. Ему что, нечем заняться? Так ведь жена приехала? Или, наоборот, дело в том, что они то и делают, что занимаются друг другом, вот он и не спит?

Когда я думаю о том, что они спят, становится неприятно. Хотя я на это «неприятно» не имею никакого права.

К тому же, что такое секс, когда она вполне может быть беременной? В таком случае, даже если он и хотел бы с ней расстаться, то совесть бы не позволила.

Чёрт, опять не о том думаю…

Кладу телефон экраном вниз, встаю и иду на кухню, чтобы попить воды. Но что-то меня дёргает подойти к окну.

Останавливаюсь, отодвигаю шторку и вижу припаркованную недалеко от нашего дома машину.

Сразу же её узнаю, и рука сама тянется к горлу. Это Федя. Сидит в машине с заглушённым двигателем и, судя по крохотному оранжевому огоньку, курит в открытое окно, иногда стряхивая пепел.

— Вот это да, — срываюсь с места и беру в руки телефон.

Открываю переписку с Федей и вижу «печатает…». Сердце пропускает удар, и я за такую реакцию себя ну просто ненавижу, потому что жду, что он напишет.

Но сообщения не приходит, и я возвращаюсь к окну, снова осторожно отодвигая занавески.

Что он делает? Стоит у моего дома, курит и печатает сообщение, которое так и не решается отправить?

И это всё при родной жене, которая очень переживает за их брак? Причём настолько, что даже пытается быть очаровательной мачехой для Иры…

Огонёк сигареты вспыхивает последний раз и гаснет уже навсегда. Федя заводит машину, включает фары и тихо трогается, чтобы никого не потревожить.

Я смотрю машине вслед, пока она не сворачивает за угол. И всё это время почти не дышу.

Утром мне всё же приходит сообщение от Феди, вернее, это уведомление о пропущенном звонке. Я перезваниваю.

— Привет, Оксана. Не побеспокоил?

— Нет, я тебя слушаю.

Сердце бухает в груди, потому что я не могу не думать о его выходке прошлой ночью. Что это было и стоит ли мне заострять на этом внимание?

— На выпускной Иры мы с Лерой пойдём вместе.

— Хорошо. Только зачем ты передо мной отчитываешься?

К щекам прилипает кусачий румянец, и я спешу обмахнуть лицо ладонью. Не помогает.

— Хотел, чтобы ты знала, а то мало ли…

— Мало ли что, Федя? Либо связь плохая, либо ты заикаешься.

В ответ я слышу приглушённую усмешку. Конечно, проблем со связью нет никаких.

— Не хотел, чтобы для тебя это было сюрпризом.

— Вот как. А я думала, ты любишь организовывать сюрпризы, — колкие слова вылетают из меня быстрее, чем я успеваю себя остановить.

Чёрт. Смыкаю веки, внутренне себя ругая.

— Кстати, насчёт этого, — оживляется он. — Я…

— Молчи! — перебиваю его. — Меня не волнует, что ты собираешься сейчас сказать, так что оставь слова себе. Про выпускной я всё поняла. Что-то ещё? А то ты меня задерживаешь, — смотрю на сонное отражение, которому на работу собираться ещё полчаса минимум.

— Ну раз задерживаю, то нет, больше сказать мне нечего. Пока, Оксана.