— Ну вот, мы почти пришли, — Выдра остановился у первых домиков. — И я знаю, что ты искал меня вовсе не для того, чтобы послушать старческие размышления и философские лекции шамана. Что-то хотел попросить?

— Да, — я перешёл к делу. — Ты можешь меня научить? Я сейчас абсолютно слеп в понимании своей собственной силы. Я машу ей, как дубиной. Мне нужен контроль.

— Я же обещал тебе, Джеймс, — Выдра тепло улыбнулся. — Я очень долго думал, чему именно я могу тебя научить. Всё-таки природа нашей силы разная. Но потом я пришёл к простому выводу: ты стоишь выше меня в этой иерархии. И для твоего разума, очищенного силой Зверя, будет совершенно несложно понять, переварить и научиться использовать все тайные секреты шаманов. Я передам тебе знания моего народа.

Я лишь молча, с глубокой признательностью кивнул, соглашаясь на обучение.

— А теперь, Джеймс, слушай мой приказ как твоего учителя, — шаман погрозил мне сучковатым пальцем. — На сегодня — всё. Отдыхай. Расслабься. Проведи время со своей подругой. Бедная девочка очень сильно волновалась за тебя, пока ты корчился от боли в моём доме. А завтра утром, с первыми лучами солнца, приходи ко мне, и мы начнём твоё обучение.

— Благодарю, Выдра. Ты постоянно мне помогаешь, вытаскиваешь с того света, — я искренне улыбнулся ему, чувствуя, как внутри разливается тепло от понимания, что в этом сумасшедшем мире у меня есть настоящие союзники. — Я это ценю. И поверь, я этого никогда не забуду.

— Всё, всё, не смущай старика своими речами, мальчишка! — Выдра отмахнулся, добродушно засмеявшись. — Иди уже к своей волчице. Она там, небось, все когти сгрызла от нетерпения.

Я развернулся и направился вглубь лагеря, предвкушая спокойный вечер, первый за очень долгое время. Завтра начнётся новая работа. Завтра я начну становиться ещё сильнее.

*****

Интерлюдия. Клара Крид

Я сидела на кровати в доме Джеймса в поселении Кри и напряжённо ждала.

Джеймс вернулся от Мудрого Выдры задумчивым. Его лицо, теперь уже человеческое, расслабленное и родное, всё ещё несло на себе отпечаток того тяжёлого груза, который он взвалил на свои плечи.

Пока он путешествовал по Европе, оставив меня здесь, в безопасности племени, я ни на секунду не переставала думать о нём. Я скучала так сильно, что порой мне его не хватало как воздуха. Моё внутреннее «я» металось, тоскуя по своему господину.

А потом наступил тот страшный день. Я теперь никогда не забуду тот леденящий душу ужас, который сковал меня, когда я почувствовала его запах на самом краю поселения. Я бросилась туда и увидела… монстра. Огромного, жуткого, непонятного. В его чертах сплелось что-то от волка, гигантского медведя и человека. Но, видит бог, даже в этом пугающем диком обличье, залитый чужой и своей кровью, он был для меня невероятно, завораживающе прекрасен. Это была истинная красота чистого необузданного хищника.

Но он был ранен. Тяжело ранен. Когда я опустила его огромную голову себе на колени, меня накрыла такая волна панического страха за него, что у меня потемнело в глазах. А следом за страхом пришла ярость — слепая, клокочущая ненависть к тому неизвестному существу, которое посмело сделать это с моим мужчиной. Мне хотелось рвать и убивать.

Какое же немыслимое облегчение я испытала, когда Выдра закончил свой ритуал и сказал, что с ним всё будет хорошо. Сидя рядом с его спящим телом, я вдруг с пугающей ясностью осознала одну вещь: нельзя быть настолько зависимой от кого-то. Это слабость. Но я ничего не могла с собой поделать. Да и не хотела. Джеймс стал для меня всем. Моим миром, моим воздухом, моей единственной семьёй. Он был для меня дороже всего на свете, дороже собственной жизни. И я твёрдо знала: если он когда-нибудь отвернётся от меня, если откажется — жить на этом свете мне больше не будет никакого смысла. Я просто угасну.

Внутрь шагнул Джеймс. Он остановился, глядя на меня своими тяжёлыми, но сейчас удивительно тёплыми глазами, и уголки его губ дрогнули в улыбке.

Я не выдержала. Подскочив, я бросилась к нему на шею, крепко обхватив его ногами за талию и зарывшись лицом в изгиб его шеи, жадно вдыхая его запах. Он рассмеялся, обнял меня своими руками и, дойдя до кровати, мягко опустился на неё вместе со мной.

— Я тоже очень скучал, львица, — тихо произнёс он, перебирая мои волосы. — Ну, рассказывай. Как ты тут жила без меня? Выдра не обижал?

Я чуть отстранилась, чтобы видеть его лицо, и с жаром начала рассказывать всё, что копилось во мне эти долгие недели.

— Меня тут приняли просто замечательно! Они такие… настоящие, Джеймс. Я подружилась с Куницей, ну, с Клер. Мы с ней вместе ходили на охоту и учились.

Джеймс внимательно слушал, поглаживая мою спину, и от этих мерных ласковых движений я довольно мурчала.