Потом сосредоточился на других координатах, куда более близких, и пространство передо мной послушно дрогнуло, воздух пошёл рябью и расступился. Я шагнул вперёд, на туманную изнанку.

Пора было навестить одного очень хитрого китайского деда. Надеюсь, Цан-Лун уже проснулся и пьёт свой утренний чай.

*****

Переход дался на удивление легко, и это притом, что я шёл не куда-нибудь, а прямиком в его карманное пространство, минуя барьер. То ли сказался колоссальный приток силы после сожранного демона, то ли моё тело с новым металлическим каркасом стало устойчивее к перегрузкам изнанки, но серый калейдоскоп тумана даже не пытался пробовать меня на зуб. Я вынырнул из него прямо на идеально подстриженный газон внутреннего двора белокаменной пагоды, под небо, которое медленно переливалось всеми цветами радуги.

После мадрипурской грязи, крови и гари здешний воздух казался нереально чистым, почти сладким, и с каждым вдохом густая, насыщенная Ци вливалась в лёгкие. Я вдохнул глубже, успокаивая взбудораженную нервную систему, и огляделся.

Мастер сидел на открытой веранде своего павильона. Перед ним стоял низкий столик с неизменным чайным набором и доской для игры в го. Цан-Лун плавно поставил чёрный камень на доску, словно играл сам с собой, дождался, пока тот ляжет, и лишь затем неторопливо перевёл на меня взгляд своих бездонных тёмных глаз.

— Выглядишь не очень, — констатировал он с невозмутимым лицом, окинув взглядом мою фигуру.

— И не говорите, Мастер, — искренне поморщился я, стирая с лица засохшую корку чужой крови. — Так уж вышло.

— Прийти ко мне в гости с голой задницей, — уголки губ Цан-Луна едва заметно дрогнули. — Знаешь, Джеймс, в моём мире подобный визит можно смело считать непростительным неуважением к хозяину дома. Но, зная тебя и твоё патологическое нетерпение… по-другому, видимо, и быть не могло.

— Приношу извинения, Учитель, — я склонил голову, приложив кулак к раскрытой ладони в приветствии, которое подсмотрел у Мера. И это не было издёвкой, я действительно уважал этого человека. — Но времени правда очень мало. Счёт идёт даже не на часы.

Цан-Лун задержал на мне внимательный, цепкий взгляд, словно сканируя, и что-то в его лице переменилось.

— Эх, ладно. Присаживайся, дикарь, — он сделал короткий жест рукой. — Сейчас служанки принесут тебе подобающую одежду, не пугай мне тут карпов в пруду своими чреслами. А пока рассказывай, что такого должно было случиться, чтобы тебя так быстро принесло обратно в мою обитель.

Я тяжело опустился на татами напротив него, не обращая внимания на то, что пачкаю грязью безупречные циновки. Скрывать что-либо или играть в дипломатию не было смысла.

— На мою семью открыли охоту, — начал я. — На тех, кто остался на материке. И это не конкуренты по бизнесу и не обычные наёмники. В игру вступили фигуры совсем иного калибра.

Цан-Лун не перебивал. Он медленно налил чай в две чашки и одну подвинул ко мне.

— Селена Галлио. Древняя ведьма, энергетический вампир и Чёрная Королева Клуба Адского Пламени, — я перечислял, чувствуя, как внутри поднимается холодная ярость. — С ней в связке Ромулус, первобытный садист, стоящий у истоков моей мутации. И Азазель, краснокожий ублюдок, который ходит сквозь измерения. Это только те, кого я могу просчитать. Скорее всего, она собрала под своим крылом целый выводок тварей.

Я взял чашку, но пить не стал, просто грел ладони о тонкий фарфор.

— Первый удар она уже нанесла. Похитила женщину, которая носит моего ребёнка. — Слова дались тяжело, и я на секунду замолчал. — Я должен ударить в ответ. Сейчас, пока она ждёт, что я приплыву через месяц, и пока у меня есть хоть какая-то внезапность. Но…

Я запнулся, подбирая слова. Признаваться в собственной слабости было паршиво, но гордыня на войне — первый шаг в могилу.

— Но я не уверен, что вывезу, — глядя прямо в глаза Мастеру, произнёс я. — Да, я силён. Я могу убивать. Но идти туда в одиночку против такого скопления бессмертных монстров… Я боюсь, что моих сил просто не хватит, чтобы гарантированно защитить своих и вырезать их всех. Мне не нужна красивая драка, Мастер. Мне нужна победа.

Цан-Лун слушал молча. Его взгляд скользнул по моей фигуре и задержался на костяшках пальцев, там, где под кожей теперь скрывалась чужая сталь.

— Я чувствую это, Джеймс, — тихо проговорил он. — Ты уничтожил логово Руки. Ты пожрал культ Чёрного Клинка, и, судя по всему, не только культ. Я ощущаю, как гудит пространство вокруг тебя. Твоё ядро стало плотнее в несколько раз. Ты ассимилировал нечто чудовищное по своей природе, и оно слилось с твоей плотью воедино.

Мастер отпил чая и медленно покачал головой.

— Признаться, меня пугает то, с какой скоростью ты становишься сильнее. Ты ломаешь законы, которые мне известны. И если даже сейчас, с такой прорвой новой силы, ты говоришь о сомнениях, значит, враг действительно стоит того, чтобы отнестись к нему серьёзно. Чем я могу помочь?