Голос Клинка, кутаясь в свой тёмный балахон, остановился в пяти шагах от меня.

— Мы пришли, Джеймс Хоулетт, — проговорил жрец. — Владыка Акуро приветствует тебя на пороге великой жатвы.

Он плавно указал длинным костлявым пальцем на бьющегося в судорогах Искателя.

— Враг хитёр, а подземелья полны мертвецов. Прими дар. Возьми Клинок в свои руки. С ним твоя сила станет больше, и мы покараем слуг лжебога. Ни один мертвец не устоит перед клинком Мурамасы.

Я посмотрел на жреца, затем на меч и с неприкрытой издёвкой ответил:

— Держи свои проклятые железки при себе, Голос, — я выпустил костяные когти, позволяя золотой энергии Ци скользнуть по их поверхности. — У меня свои игрушки.

Голос Клинка тяжело вздохнул. В этом вздохе слышалось искреннее разочарование фанатика, которому отказал мессия.

— Твоя гордыня ослепляет тебя, Владыка Пришлых. Но судьбу не обмануть. Ты сам придёшь к нам, когда отчаяние постучится в твой дом.

Жрец повернул голову к Искателю, державшему меч.

— Передай ношу. Твой сосуд истощён.

То, что произошло дальше, заставило наёмников за моей спиной судорожно передёрнуть затворы винтовок.

Очередной Искатель шагнул вперёд. Безумец с мечом, чьи пальцы, казалось, срослись с рукоятью, издал нечеловеческий вой. Ему явно не хотелось расставаться со своим владыкой. Но воля жреца была абсолютной. Скрюченные пальцы разжались, и новый Искатель принял Чёрный Клинок.

В ту же секунду, как только меч покинул руки безумца, магия, поддерживающая его разрушенное тело, испарилась.

Это не было похоже на смерть. Человек просто потерял целостность. Его кожа стремительно иссохла, обтянув череп, глаза ввалились, а затем он с сухим, шелестящим звуком просто осыпался вниз. На влажную землю упала лишь горстка серого пепла и пустая одежда.

Новый носитель тут же выгнулся дугой, его мышцы неестественно вздулись, порвав ткань, а из горла вырвался хриплый смех. Меч обрёл новую батарейку.

— Эффектно, — констатировал я. — Но давайте перейдём к тактике. Раз уж мы сегодня союзники, кто пойдёт в авангарде?

— Мы ударим единым фронтом, — провозгласил Голос Клинка. — Наша вера и ваше оружие.

— Хрена с два, — я отбрил эту идею, шагнув к жрецу вплотную. — У Руки там километры узких тоннелей, ловушки, воины и армия нежити. В узком пространстве мы просто будем мешать друг другу.

Я выразительно кивнул на толпу оборванцев с пустыми глазами.

— Твоя голытьба идёт первой.

— Ты хочешь использовать верных Владыке Акуро как мясо для ловушек? — голос жреца заледенел.

— Именно этого я и хочу, — я смотрел на него, не отводя глаз. — Они ничего не чувствуют и не боятся смерти. Они пойдут плотной волной, соберут на себя все ловушки и завяжут ближний бой. Они забьют коридоры. А когда Рука потратит на них свой первый запал, зайду я со своими людьми.

— Мои люди — не расходный материал.

— Твои люди — овощи, которые не помнят своих имён, — отрезал я. — Давай не будем изображать оскорблённую добродетель, Голос. Мы оба знаем, зачем ты их сюда привёл. Ты набрал их в трущобах и притащил в эти джунгли, чтобы они своими телами погребли врагов твоего бога.

Жрец молчал.

— Более того, — продолжил я, — тебе это выгодно вдвойне. Каждый твой оборванец, который сдохнет в тоннеле, умрёт с именем твоего Акуро в пустой голове. Это ведь и есть жертва, разве нет? Ты получишь свою жатву, я получу расчищенный коридор. Все довольны.

По балахону жреца прошла едва заметная волна — он общался со своим куском железа.

— Владыка находит твои рассуждения… приятными, — наконец проскрежетал он. — Но за такую щедрость положена ответная услуга.

— Слушаю.

— Мадам Хикари. — В телепатическом голосе прорезалась настоящая, живая ненависть. — Некромантка. Она не должна уйти живой. И, что важнее, она не должна уйти мёртвой.

— Поясни.

— Её тело должно быть уничтожено полностью. Сожжено, разорвано, развеяно. Никаких останков. Люди её ремесла умеют возвращаться с той стороны.

«Вот сука. Конкурентов убирает, старый фанатик», — подумал я. Но вслух сказал другое:

— Договорились. Что ещё?

— Всё, что мы найдём внизу, принадлежит нам. Свитки, реликвии, ритуальные предметы. Тебе они без надобности.

Я задумался на секунду. С одной стороны, отдавать культистам реликвии чужого ордена — так себе идея. С другой, лезть в эти дела мне было некогда, а зачистить логово Руки нужно было как можно быстрее.

— Побрякушки ваши, — согласился я. — Но у меня тоже условие. Ваш меченосец, — я кивнул на трясущегося Искателя с Клинком, — держится от моих людей подальше. Если эта штука хоть раз развернётся не в ту сторону, я его убью. И следующего тоже. И так до тех пор, пока у вас не кончатся носильщики.

— Клинок различает своих, — холодно ответил жрец.

— Клинок, судя по всему, жаждет только крови, — я усмехнулся. — Держи его подальше. Это не просьба.

Голос Клинка снова помолчал. А потом медленно, с явной неохотой, кивнул.