Хокаге в белом облачении встал в центре толпы, в отведённом для наблюдателей уголке земли. По правую руку от него — советники, Кагами, Хомура и Кохару. А дальше, вдоль навеса, расположились главы кланов, те же лица, что я привык видеть за столом совета. Фугаку с непроницаемым лицом Учиха. Обычно громкий Инузука Гаро, что сейчас хранил серьезное молчание. Хьюга Тэссин, с типичным высокомерием во взгляде лиловых глаз. Абураме Мондзо, Акимичи, Нара, Яманака. Курама. Даже представитель Хатаке пришёл, хоть Сакумо снова был в отъезде.

На меня смотрели с любопытством и расчетом. Здесь не было простых людей – на плечах каждого из присутствующих лежали сотни жизней. Они уже давно перестали воспринимать вещи с точки зрения человека и стали это делать с точки зрения полезности для клана.

Я вышел на середину площадки, поклонился Хокаге и распечатал свиток.

— Хокаге-сама. Уважаемые главы — Мой голос рассек тишину полигона — Вместо того, чтобы вдаваться в подробности я покажу. Эта вещь навсегда изменит баланс сил в пяти странах. В нашу пользу, разумеется.

Я надел одну Котэ на правое запястье, застегнул. Браслет приятно холодил кожу. Внутри, под тонкой вязью печати, ждал запечатанный свиток с техникой — заранее запечатанной одним из многочисленных учеников Узумаки. Ничего секретного или сверхъестественного. Все техники были взяты из общей библиотеке шиноби, в частности из сектора для джонинов.

Едва уловимое движение пяткой, и я выстроил для себя мишень – толстую, широкую стену из камня.

Я поднял руку и нажал спуск. Мизерный отток чакры из руки в механизм и спустя секунду из него вырывается крохотный свиток. Еще мгновение, и раздается тихий пуф.

Со стороны выглядело, будто я просто выставил ладонь вперед и из нее выстрелил Водный Дракон. Техника А-ранга, разрушительная в своей природе, но крайне медленная и не практичная. Особенно то количество печатей, которые вынужден складывать средний пользователь техники. В моем случае техника вышла за секунду и была в разы сильней того, что мог бы выдать кто-то ниже ранга Джонин. Техника прошла площадку в одно мгновение и ударила в каменную плиту с такой силой, что по всему полигону хлестнуло брызгами, а плита треснула наискось и просела.

Тишина.

Я не дал ей загустеть. Не успела поднятая роса упасть на землю как я поднял левую руку со вторым, заранее одетым Котэ и выстрелил. Секундная задержка и из нее вырывается огромное, едва уловимое лезвие. Великий воздушный серп, очередная техника ранга А. Две техники А – ранга за две секунды, двух разных стихий и примерно одинаковой мощи. Я стянул перчатки и повернулся к зрителям.

— Ни одну из этих техник я не применял по-настоящему. — сказал я в оглушённую тишину. — Сами техники взяты из общей библиотеке для джонинов. Были наняты двое шиноби, которые и воссоздали их, после чего их запечатали ученики Узумаки – для которых это было практикой в применении печатей. Ценой двух миссий Б-ранга были запечатаны десятки свитков этих техник. То, что продемонстрировал я сможет сделать любой генин, любой резервист, любой раненый, у которого осталась цела одна рука. Это механизм для резкого увеличение боеспособности геннинов, устройство для приравнивания чуунинов к джонинам и стратегический запас техник для джонинов. Все, что нужно для применения устройства – целая рука и крохи чакры.

Тишину прорвало.

Восторг я читал по лицам ещё до слов. Инузука подался вперёд всем телом, у Акимичи загорелись глаза, даже непроницаемый Фугаку чуть сузил взгляд, просчитывая. Они были воинами, и воинам я только что показал, как превратить любого ополченца в артиллериста. Батальон едва обученных учеников Академии с Котэ на руках стоил бы теперь роты чуунинов. Раненый, потерявший способность плести печати, оставался в строю. Скорость, с которой деревня могла бы нарастить огневую мощь, не тратя десять лет на выучку каждого бойца, меняла саму арифметику войны.

Но следом за восторгом на лица наползла и вторая мысль. Я ждал её и не мешал ей прийти.

— Ммм, проблемно… — себе под нос пробормотал Шинри — то, что вы продемонстрировали, Ямасиро-сан, безусловно впечатляет. И ужасает. Что будет с теми образцами, что удастся захватить противнику?

— Я предвидел подобный исход — кивнул головой и принялся снимать перчатку. — Позвольте продемонстрировать мой ответ.

Я поднял снятую Котэ и показал печать на изнанке.

— Устройство привязано к владельцу по крови и чакре. Носитель однажды капает свою кровь на эту печать и вводит чакру — после чего перчатка признаёт только его. В чужих руках это мёртвый кусок металла. Для каждого выстрела Котэ сверяет крупицу чакры пользователя; не совпало — выстрела нет. Захватят такую на поле боя — не воспользуются и не разберут: попытка вскрыть печать сжигает вложенные фуин. — Я обвёл навес взглядом. — Никакого обратного инжиниринга.

Это уняло часть тревоги. Не всю, разумеется. Остался один вопрос – а какой смысл теперь тренировать элиту, если можно просто наделать устройства, вставить нужные свитки и просто закидать противника толпой едва обученных тел?

Я перевёл взгляд на Хокаге. Он молча переводил взгляд с перчатки в моей руке к стене и обратно.