Несмотря на то, что в Гэйтвей-Сити сейчас стояла глубокая ночь, в этом месте никто не спал. Ни дети, ни взрослые. И дело было не только в нервах. Аура самого храма, пропитанная силой богинь, благотворно и мягко влияла на любой живой организм, ускоряя клеточное восстановление и снижая общую усталость. Здесь хватало пары часов дремы, чтобы чувствовать себя заново рожденным.

Диана с Айви как раз вышли из портала обратно, о чём-то тихо переговариваясь. Хмурый Брюс, скрестив руки на груди, мерил длинными, тяжелыми шагами пространство от колонны до колонны, словно запертый в клетке медведь. Альфред, сидя на каменной скамье с идеально ровной спиной, методично точил свой армейский боевой нож. Харви с Освальдом, развалившись на большом растительном диване, травили какие-то готэмские байки другой группе подростков и спасенным мною из Арк-М мутантам. А Уэйлон всё так же продолжал свои уроки внепланового уличного бокса, периодически отгоняя аккуратными пинками мешающегося под ногами Леви.

В какой-то степени это была даже идиллия. Мирная картинка большой и немного дисфункциональной семьи. Впрочем, как и всегда, обращать внимание нужно было на мелкие детали. И при ближайшем рассмотрении ситуация уже не выглядела столь беззаботно и радостно.

Напряженные, рубленые черты лиц парней. Подрагивающие плечи детей. Постоянные, неосознанные озирания по сторонам, будто бы в этом защищенном магией богов месте им может что-то угрожать… Все присутствующие понимали, что надвигается буря. Что-то грядёт, и все ждали, когда Нигма, наконец, закончит с настройкой своих спутниковых тарелок и технологических приблуд, чтобы дать нам картинку из внешнего мира.

Судя по крайне самодовольному лицу Эдди, который с кряхтением вылез из-за стойки серверов и с победным видом повернулся в мою сторону, нажимая на кнопку пульта от огромного телевизора, который теперь нелепо, но прочно висел на древней каменной стене Хиэрона, процесс подошёл к концу.

Каким образом он всё это провернул, остаётся только догадываться. Хотя я, собственно, и догадывался, что всё дело в десятке компактных генераторов и переносных военных антеннах, которые Нигма битый час выходил ставить наружу, маскируя их в кустах и кронах деревьев.

Плазменный телевизор, который он включил сейчас, был достаточно большим, чтобы яркую картинку было отлично видно каждому в зале, и достаточно громким, чтобы её было ещё и слышно поверх гула разговоров.

Конкретно сейчас Нигма, нервно щелкая пультом, планомерно, канал за каналом, переключался по всем федеральным и региональным готэмским сеткам вещания.

— …Срочные новости. Сказочник, также известный правоохранительным органам как Чарльз Уикман, официально признан террористической угрозой высшего уровня на всей территории Соединенных Штатов… — чеканил холодным голосом ведущий CNN.

Щелчок пульта.

— …Любая информация о местонахождении так называемого Сказочника, а также связанных с ним лиц, будет критически полезна для спецслужб. Пожалуйста, обратитесь по номеру доверия на вашем экране. Вознаграждение гарантировано… — вещала миловидная блондинка с Fox News, тревожно глядя в камеру.

Щелчок пульта.

— …Власти предупреждают: ни в коем случае не выходите с мужчиной на контакт лично. Несмотря на его внешний образ, это может быть чревато смертельными последствиями. При обнаружении немедленно покиньте зону видимости и сообщите о встрече по следующему номеру… — предупреждал диктор готэмского канала.

Из раза в раз, из канала в канал, однообразные холеные лица зачитывали практически один и тот же вылизанный текст. Словно эту методичку разослали всем крупным редакциям напрямую из одного правительственного кабинета.

В качестве основания для признания меня «террористической угрозой высшего уровня» каналы циклично демонстрировали заблюренную запись из приюта, где «я» устраиваю мясорубку из бездомных. Рядом выводились такие же заблюренные, но от этого не менее жуткие фотографии реальных расчлененных тел с места событий и официальное заключение из готэмского полицейского департамента, подтверждающее подлинность улик.

Всё это медийное дерьмо дополнительно усиливалось короткими, гневными комментариями чиновников разных уровней, мэров, сенаторов и глав полицейских управлений. Они били себя в грудь и обещали любой ценой защитить мирное население от распоясавшегося, неподконтрольного мета-преступника, возомнившего себя богом.

Конечно же, не обошлось и без финансовых рычагов. Бегущей строкой мелькала информация о полной заморозке всех связанных со мной счетов, кхм, точнее, с предыдущим владельцем этого тела, который ну вот вообще не был богатым перцем, а также об ордерах на обыск и проверке всех клиник и больниц, которые я имел случай посетить за всё время.

Часть ведущих, правда, пыталась играть в объективность и вскользь вспоминали о том, что я, так-то, вылечил своими силами немало народу в этих самых больницах. Другие робко упоминали, что именно я уничтожил нескольких гигантских чудовищ в Гэйтвей-Сити, спасая сотни тысяч жизней. Впрочем, это было не более чем пуком в лужу. Тон повестки задавали не они, и эти оговорки мгновенно тонули в общем потоке обвинений в массовом убийстве.