— Проблема кроется не в самом конечном результате, а в архитектуре этих моделей, — спокойно начал пояснять пришелец. — После каждого нового публичного появления Сказочника количество устойчивых прогнозов стремительно сокращается. Мои алгоритмы дают сбой. Способности этого субъекта не укладываются в единую, логичную боевую или магическую систему. Его мотивация выглядит предельно противоречивой. Принимаемые им решения одновременно выглядят ситуативными, импульсивными и, как ни парадоксально, математически выверенными на социальные последствия, которые проявятся намного позже. Он действует так, словно знает что-то, чего не вижу я.

На главном экране начали с огромной скоростью мелькать сухие графики, тепловые карты и аналитические сводки. Выкладки по боевым возможностям Сказочника сопровождались расширенными комментариями пришельца о нелогичном, скачкообразном росте этих самых возможностей с каждым новым появлением мужчины на публике.

— Как я уже сказал, некоторые стандартные модели показывают его физическую смерть от рук агентов Грима, — картинка сменилась на соответствующие графики вероятностей, уходящие вниз. — Однако существуют другие сценарии. Сценарии полного, системного разрушения империи JK Holdings. В нескольких из них Сказочник вообще отказывается от прямой силовой конфронтации с Гримом, умудряясь перевернуть общественное мнение и информационное поле до такого уровня, что корпорация Грима начнёт пожирать сама себя, под давлением федеральных расследований, паники инвесторов и массовых бунтов.

Изображение на мониторе сменилось пугающе реалистичным графиком. На нем капитализация холдинга Грима единомоментно обваливалась в тысячи раз. Рядом прокручивались сгенерированные «предполагаемые» новостные сводки о вскрытых бесчеловечных экспериментах, утечках данных и показаниях буквально десятков тысяч жертв корпорации, которых пиар-служба Грима просто физически не сумела заткнуть из-за масштаба огласки, спровоцированной Сказочником.

— Самое неприятное для моих алгоритмов, заключается в том, что вероятность каждого сценария кардинально изменяется после каждого нового наблюдения за субъектом, — наконец закончил свою речь Брейниак, выжидательно уставившись на непроницаемое лицо Раса.

Впрочем, главу Лазаря интересовали совершенно другие аспекты этой проблемы. Финансовые крахи конкурентов — это прекрасно, но у корпорации была генеральная линия.

— Какое отношение это имеет к Супермену? — Рас сцепил пальцы в замок, облокотившись на стол.

— Сказочник агрессивно и крайне успешно становится публичным Символом. Неконтролируемым феноменом, — ничуть не удивившись вопросу, начал отвечать пришелец. — Если Супермен продолжит спасать людей и наращивать свою активность, рано или поздно их пути пересекутся. Информационные поля неизбежно стянут их в одну точку. Они могут стать союзниками на почве альтруизма, конкурентами за влияние на массы или даже идеологическими противниками, но появление одного Символа неизбежно изменит траекторию развития другого. Мои прогностические модели показывают, что если Сказочник доберется до криптонца раньше агента Лейн...

— Плевать, — грубо и резко перебил мужчина, обрывая монолог пришельца. — Плевать на твои модели, прогнозы и алгоритмы. Слушай мой прямой приказ.

Рас аль Гул медленно покачал головой.

— Со Сказочником в какой-либо контакт не вступать, и уж тем более не провоцировать. Никаких проверок на прочность. Достаточно пассивного удаленного наблюдения.

— Почему бы нам не отправить скрытый дрон и не получить хотя бы остаточный энергетический образец его оружия с места событий? Или собрать его биологический материал для расшифровки генома? — искренне, и чуть удивленно пробормотал пришелец. Отказ от сбора уникальных данных ломал его внутренние директивы.

— Нет. Я сказал не трогать, — голос Раса стал холодным как лед. — Я совершенно не заинтересован в том, чтобы тянуть руки к чужим игрушкам.

Очевидно, имея в виду негласные права Джека Грима на уничтожение того, кто осмелился бросить ему вызов, Рас скупо, но твердо отказался от любых экспериментов. Ввязываться в войну двух тварей из-за куска биомассы было верхом стратегической глупости. Пусть Грим сам разбирается со своей головной болью. У Лазаря есть криптонец.

Выдержав долгую, сухую паузу, во время которой процессоры в голове анализировали приказ, Брейниак в итоге едва заметно, разочарованно покачал своей изуродованной головой.

— Жаль… Очень жаль, — в итоге тихо произнес пришелец.

Экран моргнул и погас, завершая вызов. Рас аль Гул остался сидеть в тишине своего кабинета, наедине с черным зеркалом монитора и своими собственными мыслями о будущем распределении сил в этом безумном мире.

*****

Поздняя ночь. В небольшой, душной комнате дешевой съемной квартиры в одном из неблагополучных районов Гэйтвей-Сити единственным источником света оставался экран смартфона. Подросток, лежа на продавленном матрасе поверх сбитой простыни, уже в который раз за день пересматривал одну-единственную запись.