Воздух вокруг нас резко, скачкообразно остыл. Над спокойной морской гладью, примерно в пяти километрах от нашей позиции, начал стремительно сгущаться туман. Очень странный, неестественно плотный туман, расползающийся против направления ветра. Вода под ним потемнела, словно впитав в себя чернила.

А затем… оттуда, прорывая ткань реальности с мерзким, чавкающим звуком, начало расти оно.

83. Сказка, рассказанная в Гэйтвей-Сити. Часть 3

Я послал платформе мысленный импульс, направляя нас вперёд, навстречу сгущающемуся туману. Водная гладь под нами начала вести себя совершенно неправильно. Океанские волны, секунду назад с шумом бившиеся друг о друга, вдруг начали замирать, словно кто-то нажал на паузу. Колоссальная масса воды остановилась, натянулась, как поверхностная пленка в переполненном стакане, а затем начала медленно, с утробным гулом отступать от берега, обнажая склизкое дно.

Чем ближе мы подлетали к растущему в тумане силуэту, тем отчетливее становилась ясна его природа. И природа эта была омерзительна. Гигантская, насекомо-кальмароподобная тварь под несколько сотен метров в высоту медленно распрямлялась, возвышаясь над горизонтом. Всё её массивное тело было усеяно толстыми, тускло блестящими хитиновыми пластинами. Вытянутая морда походила на гротескную помесь жвал насекомого, кольчатого червя и хищного цветка, готового захлопнуть лепестки. На груди извивалось, слепо шаря в воздухе, бесчисленное множество шипастых щупалец, а опиралась эта гора плоти на шесть суставчатых конечностей. Две передние, наиболее длинные лапы, были выставлены далеко вперёд и уходили глубоко в морское дно, служа твари якорями.

Собственно, из дна морского она и появилась. Никаких тебе пространственных разломов, мясных пирамид-инкубаторов или классических магических порталов. Тварь буквально родилась из тектонического разлома Тихого океана, просто раздвинув земную кору. Это навевало не самые приятные лавкрафтианские мотивы. А учитывая концентрированную ауру хтонического ужаса и безнадежности, которой от твари несло за километры, картина складывалась совсем уж безрадостная.

— Тетрацид… — с придыханием произнесла Диана.

Она смотрела на монстра с безошибочным узнаванием. В её пронзительных голубых глазах не было привычной для людей обреченности, но там отчетливо читалась глубокая опаска. Гораздо более значительная, нежели та, что она испытывала перед Предвестником.

— Останови платформу! Чарльз, немедленно останови! — панически, почти срываясь на крик, обратилась ко мне амазонка. Её рука машинально легла на сумку.

— Подробности, — коротко бросил я, послушно гася скорость.

Платформа замерла примерно в двух километрах от твари. Впрочем, учитывая габариты этой перекормленной креветки, два километра для неё — это буквально пара шагов.

— Это один из наиболее древних и опасных палачей Подземного мира, также известный как Четыре Погибели, — напряженно начала вводить меня в курс дела Диана, не сводя взгляда с шевелящихся щупалец. — Ему ни в коем случае нельзя позволить приблизиться к городу! Стоит ему почувствовать массовое скопление душ, как он начнет издавать рёв, который сведёт с ума всех, кто его услышит. Это его первая способность — Гибель Страха. Она буквально лишает смертных инстинкта самосохранения, заставляя их добровольно идти в пасть к твари!

Неприятненько. Контроль толпы нехилого такого масштаба. Но пока некритично. Остаются еще три «Погибели», и, к счастью, Диана не стала тянуть с продолжением тактического ликбеза.

— Вторая звуковая атака — это Гибель Разума. Она заставит людей впасть в неконтролируемую убийственную ярость и начать рвать друг друга… Но эту атаку он использует реже. Третья — Гибель Тела, панцирь твари практически неуязвим к большей части физического и магического урона, — воительница судорожно сглотнула. А вот этот факт был уже откровенно дерьмовым. — И четвертая — Гибель Души. К твари нельзя приближаться вплотную! Если твоя душа слаба или нестабильна… Тетрацид просто вытянет и сожрёт её на расстоянии. И чем больше душ он поглощает, тем крупнее и сильнее становится. Чарльз, это идеальное массовое бедствие, настоящий апокалипсис во плоти, — покачала головой девушка, крепко сжимая кулаки.

— В таком случае всё просто, — я прагматично пожал плечами, прикидывая варианты. — Нам достаточно убить тварь раньше, чем она издаст свой рёв…

Я не успел договорить. В этот самый момент массивная пасть Тетрацида, состоящая из концентрических рядов зубов, широко распахнулась. Тварь издала низкочастотный, вибрирующий где-то на уровне внутренних органов звук. Это был даже не рёв, а гул тектонического сдвига. Звуковая волна, видимая невооруженным глазом из-за искажения воздуха, накрыла практически всё побережье, мгновенно добираясь до второй и третьей линии городской застройки.

Щелчок пальцами. Я не стал экономить и тут же объял себя и Диану плотным коконом Белого Пламени, выжигая подступающую ментальную скверну. Огонь мягко лизнул кожу, прочищая мозги от нахлынувшей странной апатии.