Я засыпаю, и мне снится учеба в Алкроузе. Каким нормальным и разумным все казалось, пока Эдгар не увел своих друзей в Ноктили. Когда я открываю глаза, Рейн трясет меня за плечи, а его серые глаза горят от ужаса.

— Беги и не оглядывайся.

51

ЭДГАР

Меня окружает пещера, со стен которой капает влага. Свод находится как минимум в ста футах надо мной, а образующие его камни отливают странным темно-синим оттенком. Место сырое и унылое.

Я делаю шаг вперед и опускаю взгляд на большую лужу. Падающие сверху капли пускают по воде рябь, превращая мое отражение в размытый призрак. Но даже этого достаточно, чтобы я содрогнулся от того, кем я стал.

Артур проходит мимо меня, его шаги гулко отдаются под сводами пещеры.

— В этой пещере мы с товарищами давали друг другу клятвы, — ностальгически бормочет он. Я поднимаю голову и наблюдаю за тем, как он наклоняется и поднимает плоский камень, легко умещающийся на ладони. — Нам всем приходилось принимать решения, Эдгар. Решения, которые привели нас туда, где мы находимся сегодня. — Он медленно переводит на меня взгляд своих мрачных и понимающих серых глаз.

Я встаю рядом с ним, глядя на плоский камень в его руке.

— Это часть моего экзамена? — резко спрашиваю я.

Он издает глухой смешок.

— Вечно ты стремишься сразу перейти к сути, да? Я хотел сначала остановиться здесь, чтобы показать тебе обещания, которые мы не смогли сдержать. Показать, что в том, к чему мы в итоге пришли, не было нашей вины. Иногда приходится выбирать меньший из ядов, но ядом он от этого быть не перестает.

Я хмурюсь. К чему он клонит?

— Мне жаль ваших товарищей, профессор. Легко забыть, что вы прошли через то же самое, что и я.

Артур устало улыбается.

— У тебя доброе сердце, Эдгар. Что бы там ни случилось, не забывай об этом. — Я смотрю на него, и на моем лице отражается замешательство. — Чтобы сдать этот экзамен, ты должен добыть короны у двух групп. Из-за твоего ухода в Ноктили директор потребовал, чтобы ты выполнил это задание в одиночку. И тебе понадобятся две короны вместо одной, в отличие от остальных групп.

Мое сердце болезненно сжимается.

— И как мне добыть корону?

Улыбка Артура гаснет. В этой темной, мрачной пещере его кожа кажется почти серой.

— Ты должен обезглавить того, кто её носит.

Плечи давят с какой-то невероятной, гребаной тяжестью. Мне просто хочется уснуть.

— Я должен отрубить две головы? — бормочу я, уходя в свои мысли. Я ловлю себя на том, с каким спокойствием принимаю эту мысль, и от этого становится жутко.

— Да. Мне жаль, Эдгар, но если ты не принесешь две короны, директор Эмерай прикажет усыпить тебя и твоих друзей за нелояльность к Фернестии. Если вас невозможно контролировать, вы для них бесполезны, — в голосе Артура слышна боль. Всё это не приносит ему никакого удовольствия.

Но я всё равно его ненавижу.

Мои пальцы сжимаются в кулак, и кости моей лишенной плоти руки отчетливо хрустят. Эрвин и Люсина — это всё, что у меня осталось. Их я тоже не потеряю.

Артур мрачно хмурится, вкладывает плоский камень мне в ладонь и направляется к порталу.

— Удачи, Эдгар, — угрюмо произносит он и исчезает. Портал закрывается вслед за ним.

Я опускаю взгляд на гладкий камень и переворачиваю его. На поверхности вырезаны слова. При виде их я стискиваю зубы.

Из моего скелетообразного рта вырывается глухой смешок — я сдаюсь на волю своим демонам. Салли проникает глубоко мне в грудь, и последние две оковы разлетаются вдребезги, словно они были из обычного стекла. Чистая, неразбавленная сила въедается в мои кости, и, когда я открываю глаза, мне становится значительно, просто гребано лучше.

— Ладно, Салли. Давай разнесем этот мир к чертям.

Я бросаю камень на пол пещеры словами вверх. Я ухожу прочь от обещания, которое они так и не смогли сдержать.

Мы станем последними из Кровавых Корон. Мы остановим Фернестию и спасем этот мир.

52

ТЕРРА

Мы несемся сквозь умирающий лес на полной скорости, все пятеро. Ночной воздух разрывают крики ужаса, а мои легкие с каждым шагом выжигает дикая, сука, боль.

— Что происходит?! — ору я через плечо, рискнув обернуться на ходу.

Деревья прямо на глазах теряют цвет, будто сама земля высасывает жизнь из их корней. Они ссыхаются в мгновение ока, а затем с грохотом рушатся, разверзая почву своими полыми, мертвыми стволами.

Финн намертво вцепился в мою ладонь, в его глазах полыхает дикий страх. Рейн, бегущий на пару шагов впереди меня, перекрикивает треск падающих стволов:

— Кто-то целенаправленно зачищает лес, чтобы выгнать нас на открытое пространство! Ухо востро!

Стоит ему выкрикнуть последнее слово, как прямо перед нами с грохотом рушится очередное дерево, а вдалеке разносится новый, полный животного ужаса вопль.

— Сука! — рычит Финн и резко дергает меня в другую сторону. Кай и Корвус тоже глухо матерятся сквозь зубы.

— Может, поднимемся в воздух?! — орет Кай, но Финн с ходу затыкает эту идею.