Бак был самым крупным среди «Гадюк»: широкие плечи, мускулистые руки, бёдра размером со стволы деревьев. Он мог бы запросто убить меня одним щелчком пальцев – хорошо, что я не могу умереть. Но Бак причинил бы мне боль, если бы я ошиблась в расчётах, а я уже испытала достаточно мучений, чтобы хватило на всю вечность.

Приближаясь к складу, где часто собирались «Гадюки», Бак внезапно рванул в переулок. Едва я завернула за угол, следуя за ним, как в ночное небо врезался тревожный крик моего ворона.

Предупреждение.

Но было уже поздно. Мгновение – и меня схватили, прижав к кирпичной стене. Искажённое злобой лицо Бака оказалось в сантиметрах от моего, его руки сжимали мои руки, обездвиживая, а в глазах вспыхнули образы той ночи, причиняя ослепляющую боль.

— Шевелись, нахуй, Зиг! Самое время нашей шлюшке познать, что такое «Трах от Бака»! — говорит Бак, нависая надо мной, а на его губах играет злобная ухмылка.

Страх пульсирует в жилах. Я слышала слухи о жестоких наклонностях Бака с женщинами. О том, как он хвастался, что любой, кого он трахнул, счастливчики, познавшие «Трах от Бака», – хотя на самом деле они мечтали сбежать от него подальше после того, как он над ними измывался.

Меня накрывает тяжёлое предчувствие, и я понимаю: я не переживу это нападение. Не уверена, что вообще хочу выжить после того, что они со мной сделали, и без Эрика рядом.

— Ну-ну-ну, кто это тут у нас? — прошипел Бак мне в лицо, выдернув меня из воспоминания.

Боль, сжимавшая меня в своих тисках, не позволяла ответить, и из горла вырвался лишь сдавленный стон. Каждый инстинкт в теле кричал, чтобы я оттолкнула Бака, что лишь освобождение от его хватки остановит пытку.

Но боль была слишком сильна. Тьма затуманила зрение, переулок вокруг поплыл, и я снова оказалась в том моменте, когда Бак напал на меня.

До меня доносится сладковатый запах марихуаны, и я вижу Зигги на диване с косяком в руке. Мысли путаются. Неужели всё закончилось?

Но затем мои бёдра дёргают назад, и резкий шлепок по ягодице возвращает внимание от Зигги.

— Знаю, ты этого давно ждала, Рэйвен, — доносится сзади насмешливый голос Бака, пока он пристраивает свой член у входа. — Надеюсь, тебе понравится «Трах от Бака».

Кругом раздаётся злобный смех. Я готовлюсь к новому насилию, но, к своему ужасу, чувствую, как Бак смещается, и кончик его члена прижимается к заднему проходу.

— Нет, прошу… — я стону, с трудом выдавливая слова, а сердце замирает в груди от осознания того, что сейчас произойдёт. Никто никогда не касался меня там, с Эриком мы лишь постепенно подходили к этому.

— Пристегнись, шлюшка! — вопит он с чистейшим восторгом, одним жестоким толчком входя в моё узкое отверстие.

Обжигающая боль пронзает тело, кажется, меня разрывают пополам. Из моего уже сорванного горла вырывается крик, когда Бак выходит и с силой входит обратно.

Желчь подступает к горлу, тело содрогается в рвотных спазмах, вызывая новые взрывы смеха у остальных членов банды. Когда мне кажется, что больше уже нечего извергать, я поворачиваю голову к Гриму, который наблюдает за происходящим с выражением злобного удовольствия на лице.

Наши взгляды встречаются, и мне удаётся выдавить из себя оборванные слова сквозь пожирающую меня пытку:

— Убей меня.

— Скоро, сестричка. Скоро, — его ненавидящая ухмылка становится шире.

Одинокая слеза скатывается по моей щеке. Бак – последний, кому досталась очередь. Мне нужно продержаться совсем немного, и тогда всё это закончится.

Я снова буду с Эриком.

Бак с силой пригвоздил меня спиной к кирпичной стене, возвращая в настоящее. Я попыталась поднять руки, чтобы оттолкнуть его, но он был слишком силён, а воспоминания, державшие мой разум в заложниках, лишали меня всякой возможности сопротивляться.

Вокруг нас огласились пронзительные крики моего ворона – моя боль передавалась ему.

Бак причинял страдания нам обоим.

— Я, блядь, знал, что это ты! — прошипел Бак, и брызги его слюны попали мне на лицо. — Я, сука, знал! Я говорил Гриму, — он снова швырнул меня о стену, добавляя новые муки к, и без того, измождённому телу. — Как? Как, чёрт тебя дери, ты здесь? Мы убили тебя!

Его широкие, налитые кровью глаза пылали яростью, когда он в очередной раз ударил меня о стену – на этот раз сильнее прежнего, так что моя голова отскочила от кирпичей.

— Неважно, как ты здесь оказалась, — Бак придвинул лицо ещё ближе, его ноздри раздувались. — Ты убила Зигги и Буги. Сегодня ты умрёшь, но не прежде, чем мы немного повеселимся. Похоже, тебе понравилось в прошлый раз, когда мы были вместе.