Геральт взял миску с лапшой и мясом и плюхнулся на пластиковый стул, устроившись за угловым столиком спиной к стене. Привычка никогда не садиться спиной к дверям въелась в кости ещё в Каэр Морхене.

Он принялся за еду. Узкие длинные палочки в его пальцах двигались уверенно — Ви неплохо умел с ними обращаться, и моторная память тела работала исправно.

Джонни не появлялся. То ли дулся после разговора о травах, то ли просто решил дать ведьмаку пожрать спокойно, без лишних наставлений и гундежа.

Лапша с нотками картона, щедро приправленная перцем, исчезала в недрах проголодавшегося ведьмака довольно быстро. Он как раз подцепил последний ломтик чего-то, что должно было изображать корову, когда напротив стола выросла тень.

— Сидишь, жрёшь, как ни в чём не бывало.

Ведьмак поднял глаза. Над ним нависал Зак — тот самый парень в красной куртке на три размера больше, проигравший ему одно очко в тире. Вблизи он оказался моложе, чем помнилось ведьмаку: на вид — лет двадцать пять, бледная кожа на лице со следами хирургического вмешательства, воспалённые глаза — не то от недосыпа, не то от стимуляторов. Позади него мялись ещё двое. Один — приземистый, бритый налысо, с серебряной цепью на шее. Второй — тощий, с дёрганым взглядом и имплантированными лезвиями в костяшках пальцев, которые то выщёлкивались, то прятались обратно.

— Зак, верно? — Геральт отложил палочки. — Что-то хотел?

— Хотел, — Зак упёрся ладонями в хлипкую столешницу. — Хотел спросить, какого хрена ты забыл на соревнованиях с запрещённым хромом?

Ведьмак промолчал, лишь чуть склонил голову набок, разглядывая собеседника. Этот взгляд — спокойный, не мигающий — всегда нервировал людей. Зак не стал исключением: его пальцы дрогнули.

— Ты, сука, жульничал! — продолжил он, чуть громче, чем следовало. Старик за прилавком продолжал греметь своей сковородой, делая вид, что ничего не замечает. — Я проверил. За полгода ты ни разу не появлялся в тире. А твой единственный отстрел выдал жалких сто сорок очков. А теперь выбиваешь сто девяносто одно из стандартного «Милитеха»? Да я скорее поверю, что у тебя под черепом стоит баллистический сопроцессор!

— Никаких имплантов у меня нет, — ровно ответил Геральт. — По крайней мере, работающих. Можешь спросить у Роберта.

— Робу плевать, что у тебя в башке, — встрял бритоголовый. — И вообще, посмотри на себя после перестрелки с Шестой улицей. У тебя ни единой царапины! Сто пудов, хрома в твоей башке столько, что любой сканер сойдёт с ума.

Геральт устало вздохнул. Слухи о стычке с бандитами уже разлетелись по башне.

— Я не пользовался имплантами. Я просто хорошо прицелился.

— Хорошо прицелился? — Зак взвизгнул от ярости. — Ты хочешь сказать, что какой-то сраный любитель без единого импланта уделал меня? Меня?! Я три года в этот тир хожу! У меня целеуказатель в зрачке! У меня стабилизатор запястья! А ты мне заливаешь про «хорошо прицелился»?!

Джонни появился сбоку, облокотившись на прилавок и скрестив руки на груди.

— Ну что, ведьмак? Был бы сейчас с собой выигранный ствол — было бы намного веселее? — прокомментировал он ситуацию.

Геральт не стал ему отвечать.

Тощий с лезвиями шагнул ближе, и из его костяшек с влажным щелчком выскочила сталь.

«Дешёвая демонстрация устрашения», — подумал про себя Геральт.

— Отдай ствол, который выиграл, — процедил Зак, понизив голос до угрожающего шёпота. — И мы забудем про этот разговор. Считай, это будет компенсация за моральный ущерб.

— Нет, — сказал Геральт.

В забегаловке стало очень тихо. Даже старик за прилавком убрал сковороду с огня.

— Что?! — выдохнул Зак.

— Я сказал — нет. Приз мой. Я заработал честно. А твои проблемы с меткостью — это твои проблемы. Иди тренируйся дальше. Роберт разыграет «Устрашитель» в следующий раз.

Лицо Зака пошло красными пятнами. Он выпрямился и демонстративно положил ладонь на рукоять пистолета, торчавшего из поясной кобуры.

— Ты, видать, не понял, в каком положении находишься, — прошипел он. — Нас трое. Ты один. И даже если ты реально стреляешь без имплантов — против трёх стволов это тебе не поможет.

— Трёх стволов я не вижу, — спокойно заметил Геральт. — Вижу трёх придурков.

Тощий рванулся первым — видимо, решил, что внезапность решит исход. Его кулак с лезвиями описал короткую дугу, целя Геральту в лицо. Ведьмак сорвался со стула, ушёл в сторону, пропуская удар над плечом, и одновременно выбросил левую руку. Ладонь с силой врезалась тощему в горло — не смертельно, но достаточно, чтобы тот захрипел и согнулся пополам.

Бритый полез за пазуху, но не успел. Кружка с остатками соуса, метко брошенная Геральтом, разбилась о его переносицу. Парень взвыл, схватившись за лицо, а тёмная ядрёная жидкость залила ему глаза, заставив закашляться и одновременно орать от боли, размазывая кулаками по лицу остатки жгучей жижи.