Наступает тишина, густая и удушающая. Я слышу, как в ушах стучит моё собственное сердце, по лицу текут слёзы, хотя я отчаянно пытаюсь их сдержать. Это моя вина. Во всём виновата я. Все ужасные последствия, разрушенные жизни, разбитые мечты - всё это из-за моего выбора, моего обмана, моей отчаянной попытки получить что-то для себя, прежде чем я оказалась связана браком, которого не хотела.

И теперь Лука расплачивается за мой эгоизм. И мой ребёнок тоже, если он откажется.

– Я сделаю это. – Его голос разрезает тишину, как нож. – Я женюсь на ней.

Эти слова должны были принести облегчение, стать спасением. Но вместо этого они звучат как смертный приговор, потому что я слышу всё, что он не говорит, в его бесстрастном тоне, вижу это по тому, что он по-прежнему не смотрит на меня, по его напряженным плечам.

Он делает это не потому, что хочет. Он делает это, потому что у него нет выбора.

Мой отец удовлетворённо кивает.

– Хорошо. Свадьба будет скромной, только для близких родственников. Не нужно устраивать из этого ещё большее представление, чем оно уже есть.

– Я хочу, чтобы вы поняли одну вещь. – Голос Луки звучит ровно, он держит себя в руках, и когда он наконец поворачивается ко мне, в его глазах нет ничего, кроме холодной решимости. - Я делаю это ради ребёнка. И ради собственного выживания. Не ради неё.

От этих слов у меня перехватывает дыхание.

– Она сама сделала свой выбор, – продолжает Лука, не сводя с меня глаз и убеждаясь, что я точно понимаю, о чём он говорит. – Она лгала. Она манипулировала. Она сама создала эту ситуацию. И теперь нам обоим придётся жить с последствиями. Но я хочу, чтобы вы поняли: я делаю это не потому, что люблю её. И не потому, что прощаю её. Я делаю это, потому что это единственный выход, который не приведёт к гибели одного из нас или нас обоих.

Я не могу дышать, не могу осознать всю горечь его слов, то, как он смотрит на меня, словно я - что-то ядовитое, что он вынужден проглотить.

Вот чего я хотела. Я хотела Луку. Я хотела быть с ним, родить от него ребёнка, построить совместную жизнь. И я это получила.

Но всё должно было быть не так.

– Понятно, – говорит отец, и в его голосе звучит почти одобрение, как будто холодное отношение Луки ко мне заставляет его лучше думать о нём. – Джулия, ты хочешь что-то сказать?

Я открываю рот, но не могу вымолвить ни слова. Что тут скажешь? Что мне жаль? Что я не хотела, чтобы всё так вышло? Что я люблю Луку и думала... думала, что если бы он только знал, если бы только понял, что я чувствую, то, может быть, он бы ответил мне взаимностью?

Но теперь эти слова ничего не значат. Хуже, чем ничего не значат... они оскорбительны, учитывая, что я с ним сделала.

– Нет, – наконец шепчу я. – Мне нечего сказать.

– Тогда мы закончили. – Отец встаёт, давая понять, что разговор окончен. – Ромео, займись организацией свадьбы вместе с Лукой. Я хочу, чтобы всё прошло быстро и тихо. Джулия, до свадьбы ты не покинешь поместье. Никаких поездок в город, никаких встреч с друзьями, никаких поводов для новых проблем. Ясно?

– Да, папа. – Слова слетают с губ сами собой, многолетнее послушание берёт верх над опустошением, которое я чувствую внутри.

– Хорошо. А теперь уходите. Все вы. Мне нужно сделать несколько звонков.

Первым встаёт Ромео с непроницаемым выражением лица. За ним следует Лука. А я...

Я встаю на трясущиеся ноги и выхожу вслед за ними из кабинета.

В коридоре пусто и холодно. Ромео молча направляется к выходу, оставляя нас с Лукой стоять в полумраке. Пространство между нами кажется непреодолимой пропастью.

– Лука... – начинаю я, но он обрывает меня таким холодным взглядом, что я вздрагиваю.

– Не надо. – Слова звучат резко и категорично. – Не пытайся ничего объяснить. Не пытайся извиняться. Не пытайся превратить это в то, чем оно не является. Мы поженимся, потому что должны, а не потому, что хотим этого. И чем скорее ты это поймёшь, тем легче будет нам обоим.

– Я никогда не хотела, чтобы всё было так, – мой голос срывается на словах. – Я никогда не хотела заманивать тебя в ловушку. Я никогда не хотела...

– Но ты это сделала. – Он делает шаг ближе, и я вижу, как под его сдержанной внешностью бурлит ярость, вижу, каких усилий ему стоит не сорваться. – Ты заманила меня в ловушку. Ты лгала мне. Ты манипулировала мной, заставив влюбиться в человека, которого даже не существует. И теперь я проведу остаток жизни, женатый на женщине, которой не могу доверять, и буду растить ребёнка, зачатого обманом.

Каждое слово, как нож, ранящий всё глубже.

– Ты получила то, чего хотела, Джулия. – Его голос становится почти шёпотом, и от этого он звучит ещё более опустошительно, чем если бы он кричал. – Ты выйдешь за меня замуж. У тебя будет мой ребёнок. Ты будешь связана со мной до конца своих дней. Поздравляю. Надеюсь, оно того стоило.