Саммер качает головой, ее дыхание сейчас граничит с гипервентиляцией.

— Ты сказал, что бег... твое любимое хобби. Хорошая поддельная девушка... должна интересоваться хобби своего парня.

Ни одна из моих девушек никогда не интересовалась моими хобби, ни настоящими, ни поддельными. Это немного грустно, что лучшая девушка, которая у меня была, — поддельная. Но как она могла не быть лучшей? Она же Саммер.

Сомневаюсь, что она так старается ради других своих клиентов. Она сама говорила, что большинство клиентов нанимают ее один, максимум два раза. Они идут на свадьбу или корпоративную вечеринку, вызывают у кого-то ревность, и на этом все. Для меня она делает больше, я уверен.

— Как насчет того, чтобы мы шли пешком, пока дом Ви не покажется? — предлагаю я. — Затем мы пробежим мимо для вида, пока она не перестанет нас видеть.

Саммер мгновенно останавливается и сгибается в поясе, тяжело дыша.

— Это гораздо лучшая идея.

— Но нам нужно продолжать движение. — Я морщусь, даже когда слова слетают с языка, и подталкиваю ее в поясницу, ее рубашка прилипает к коже. — Труднее начать снова, когда ты останавливаешься.

— Не трогай меня. Я сейчас отвратительно выгляжу. — Она отстраняется от моей руки, заставляя свои ноги шаркать вперед, и я прикусываю язык.

Она понятия не имеет, что образ ее раскрасневшейся и потной на мне делает с моим давлением.

— Значит ли это, что я тоже должен интересоваться твоими хобби? Может, ты научишь меня рисовать. Я предупреждаю: у меня нет художественного таланта, и я ужасный ученик.

Саммер фыркает.

— Не думаю, что из меня хороший учитель.

— Я все равно хочу когда-нибудь увидеть твое искусство. — Я подталкиваю ее локтем.

Она колеблется, плечи напрягаются.

— Я не... Черт. Это Виктория?

Рядом со мной на тротуаре Саммер приседает, хотя нет ничего, что могло бы скрыть нас от взгляда моей сестры.

— Ага. Это ее дом.

Во дворе Ви разбрасывает мульчу. К июню ее палисадник будет полон разноцветных цветов. Саммер бы это понравилось. Если она еще будет рядом к тому времени.

— Я не представляла ее садовницей, — шепчет Саммер, как будто Ви может услышать нас с расстояния в тридцать футов. — Может, кем-то, кто опрыскивает растения гербицидами для забавы.

Я усмехаюсь.

— Обещаю, она не такая неприступная, как кажется. Она была против моих прошлых отношений с самого начала, когда узнала, что Наоми была моим начальником, ей не нравилось, как ко мне относились, и теперь она подозрительна к тебе. Это несправедливо по отношению к тебе, но она образумится.

Саммер кивает, не совсем убежденная. Затем она стонет.

— Думаю, нам лучше начать бежать.

Ее грудь снова начинает этот прекрасный подпрыгивающий ритм, и она шипит и стонет с каждым шагом.

Я держу медленный темп ради нее.

— Если бы не Карсон, Ви, вероятно, была бы к тебе дружелюбнее.

— Почему? — Глаза Саммер округляются от смеси беспокойства и досады. — Что Карсон обо мне сказал?

— Ничего. Он ни о ком особо не говорит. Вообще-то, он говорит только о работе и бейсболе. Но из-за него ее настроение становится в тысячу раз хуже.

— Да, он такой придурок, да? — Саммер тяжело дышит, взгляд скользит к Ви, когда мы приближаемся к ее почтовому ящику.

— Он придурок, — подтверждаю я. — Мы пытаемся убедить Ви разорвать с ним отношения с самого первого дня, но она не хочет. Просто остается несчастной.

— Разве они не... помолвлены?

Я кривлюсь.

— К сожалению.

— Черт! — Нога Саммер спотыкается, и она падает, летя прямо к асфальту.

Я прыгаю перед ней, она врезается в меня, как камень, ударяющий в живот.

Ее руки обвиваются вокруг меня, пытаясь удержаться, сладкий мускатный аромат ее шампуня щекочет мне нос, когда я почти зарываюсь лицом в ее волосы.

Она теплая и мягкая, и я хочу только одного — продолжать держать ее в своих объятиях.

Саммер прочищает горло и высвобождается из моих рук, на ее губах играет застенчивая улыбка.

— Извини. Здесь так много ям на тротуаре.

— Какого черта вы двое делаете? — Крик наконец отвлекает наше внимание друг от друга.

Перед своим домом Ви стоит в широкополой шляпе, которая скрывает ее лицо в тени. Она вынула один наушник. С такого расстояния я не могу понять, подозрительна она или забавляется.

— Просто на нашей ежедневной пробежке! — кричит Саммер. — У меня... развязался шнурок.

Проходит несколько мгновений тишины, пока Ви изучает нас. Когда взгляд моей сестры опускается на обувь Саммер, я опускаюсь на колено перед ней.

Глаза Саммер чуть не вылезают из орбит.

— Что ты делаешь?

— Завязываю шнурок. — Я вожусь с ее шнурками, которые надежно завязаны, прежде чем выпрямиться.

— О. Точно. Спасибо.

Я не могу удержаться от дразнящей улыбки.

— А что, по-твоему, я делал?

— Ничего, — говорит она слишком быстро.