— А если и нет, то, черт возьми, нам будет весело пытаться.

— Как ты думаешь, мне следует приподнять бедра? — Задыхаясь, спрашиваю я. — Так сказать, помочь твоей сперме продвигаться вперед.

— Я собираюсь держать тебя в этой постели так долго, что гравитация сделает свое дело. На самом деле... — Он ложится на меня сверху, прокладывая дорожку из поцелуев вниз по моему телу. — Я думаю, нам стоит пробовать еще раз. И еще раз. И еще.

Я смеюсь свободно и беззаботно — так не похоже на сломленную женщину, которой я была раньше. — Исключительно в научных целях?

— Абсолютно. — Его губы касаются моей кожи. — Я очень предан этому исследованию.

Счастье переполняет мою грудь, пока я не думаю, что могу разорваться. Несколько коротких месяцев назад я и представить не могла, что позволю кому-то прикасаться ко мне, не вздрагивая. Теперь я здесь, в объятиях Тобиаса, пытаюсь создать жизнь, основанную на любви, за создание которой мы так упорно боролись.

Мы пережили тьму. Мы нашли в ней друг друга.

А теперь? Теперь мы будем жить.

Глава Сорок вторая

РЕБЕККА

Я примирилась со многими вещами с тех пор, как Тобиас вошел в мою жизнь. Лошадей среди них нет. Но вот в чем дело... Наблюдая за моей дочерью, сидящей верхом на своем пони, Кловер, с развевающимися косичками, когда она прибивает гвоздями эту штуку, называемую постингом, мне значительно труднее оправдать свой страх.

Она выглядит так, будто родилась в седле, а я сижу здесь, попиваю кофе и кошусь на Пеппер, гигантскую лошадь, на которую Тобиас пытается меня уговорить.

Пеппер это не беспокоит. Она слишком занята тем, что щиплет траву и отгоняет мух хвостом.

Я дала обещание, о котором серьезно сожалею. Теперь, когда Айла становится все более уверенной в верховой езде, Тобиас хочет, чтобы мы всей семьей катались верхом. В минуту слабости я капитулировала перед его мольбами и сказала, что попробую.

Глупый третий оргазм, опровергающий логику. Теперь слишком поздно. Я не могу отказаться от того, на что согласилась, как бы мне этого ни хотелось.

Тобиас разговаривает с Айлой низким, ровным голосом, который я не совсем расслышала, вставляя ее ноги в стремена и держа руки на поводьях. Она внимательно слушает, впитывая все, что он ей говорит, с выражением восторга на лице. Он оглядывается и ловит мой взгляд. На несколько секунд он удерживает мой взгляд с той легкой улыбкой, которую приберегает для меня, затем возвращает свое внимание к Айле.

Он ведет ее по широкой дуге, которая приближает их к тому месту, где я стою, заставляя мое сердце почти замереть, когда я понимаю, что это все. Моя очередь.

Глупо, Ребекка. Чертовски глупо.

— Молодец, тыковка. Ты прирожденная наездница. В отличие от меня. — Мне нравится, когда мои ноги находятся там, где они есть, в контакте с твердой землей.

Айла лучезарно улыбается мне.

Тобиас поднимает руку, и она дает ему «пять». — У нас на руках настоящая маленькая наездница. Скоро она перейдет в легкий галоп, и тогда мы могли бы попробовать ее в нескольких прыжках.

Я сглатываю. — Прыжки? — Решительное покачивание головой предшествует резкому — Нет.

— В ее возрасте я прыгал.

— У тебя есть желание умереть.

Он одаривает меня одной из своих кривых улыбок, перед которой я никогда не могу устоять, и заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо. — Никто не заставляет тебя это делать. Если ты не хочешь, не надо. Это твой выбор.

И вот тут-то и возникает проблема, потому что часть меня действительно хочет попробовать. Мысль о том, что Тобиас и Айла пропадают на несколько часов подряд, исследуя обширные владения Оукли верхом, в то время как я остаюсь в доме, вызывает укол зависти, который пускает корни. А что насчет того, когда она станет старше и будет ходить на мероприятия, на которые я не могу пойти из-за иррационального страха, не имеющего под собой никаких оснований в реальности.

— Мама, вставай. — Она указывает на Пеппер.

Вот дерьмо. Я не могу разочаровать свою дочь, как бы мне ни было страшно.

Тобиас открывает калитку и берет меня за руку, слегка сжимая. — Я буду с тобой на каждом шагу. Пеппер настолько послушна, насколько это возможно. Она присмотрит за тобой.

— Хм.

Он снова сжимает руку. — Поверь мне. Я бы никогда не позволил, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Я действительно доверяю ему. Я не доверяю Пеппер. Тем не менее, я следую за ним на другую сторону загона, удивленная, что он не комментирует то, как громко стучат друг о друга мои колени.

— Вот. — Тобиас протягивает мне кусочек моркови.

— Забавный момент предложить мне перекусить.

Он запрокидывает голову и смеется. — Это не для тебя, это для Пеппер. Вытяни ладонь — вот так. — Он демонстрирует. — Потом предложи ей.

— А что, если она меня укусит?

— Она не укусит. Давай, Рен, попробуй.