— Айви работала над своей степенью MBA в Брауновском Университете одновременно с получением степени бакалавра, — объясняет Клодетт, словно читая мои мысли.

— Вау, — говорит Дэвис. — Я никогда о таком не слышал. Впечатляет, мисс Рокуэлл.

— Спасибо... — слабо говорю я. Но что, черт возьми, происходит?

— У Айви, конечно, нет официального опыта, — добавляет Клодетт. Внезапная волна страха угрожает захлестнуть меня. — Но если Уэстон Конрад говорит, что она подходит для этой работы, что ж, мы не можем исключить ее сразу, вы понимаете, верно?

Вот сучка.

— Конечно, — говорит Брэм.

— Полностью понимаю, — добавляет Дэниел.

Я улыбаюсь, несмотря на свое унижение, и киваю, когда начинается официальная презентация поля для гольфа, возглавляемая Брэмом. Но я не могу сосредоточиться на том, что он говорит, хотя у него на экране полноформатная презентация Power Point, заполненная таблицами данных и прогнозируемой прибылью на следующие десять лет.

Почему, черт возьми, Делейни думают, что у меня есть степень MBA? И почему этот Уэстон Конрад вообще об этом сказал?

Я нервно смотрю на Нолана, который сидит по ту же сторону стола, что и я, но на два стула впереди. Он спрашивает Брэма что-то о слайде. Я опускаю взгляд на три открытые папки на столе перед ним. Полагаю, по одной на каждого из нас. Две толстые, словно внутри них много документов. Но меня интересует именно тонкая. Это должно быть моя. Я немного вытягиваю шею, чтобы взглянуть что там, и вижу причудливый фирменный бланк резюме.

Мое резюме. Но это не мой фирменный бланк. Мой выполнен элегантным золотым тиснением, а этот жирным черным шрифтом.

Что происходит? Они что, меня с кем-то перепутали?

Кого-то еще зовут Айви Рокуэлл, Айви? Не будь смешной.

Но какое еще может быть объяснение?

Стоит ли мне прекратить это? Стоит ли сказать им, что они ошибаются?

Я размышляю над этим некоторое время, пока продолжается встреча. У Брэма много мыслей о поле для гольфа, которые меня даже отдаленно не интересуют. И не успеваю я опомниться, как уже вышел Дэниел — слава Богу, не с Power Point, но с раздаточными материалами. Разноцветные графики и диаграммы, подтверждающие каждую деталь самых прибыльных спа-центров по всему миру и услуги, которые они предлагают.

У меня начинают потеть руки, когда я перебираю варианты. Сказать им правду? Или выложиться на все сто, и уйти с чувством собственного достоинства?

Я не могу смириться с мыслью, чтобы встать и признать, что мое ничтожное достижение — ложь. Обвинят ли они меня во лжи? В том, что я обманом заманила их на эту дорогостоящую встречу? Сколько вообще стоило доставить меня через всю страну на частном самолете?

Все внутри меня кричит о том, чтобы поступить правильно и сказать им правду. Слова моего отца звучат у меня в голове: «Никогда не лги, Айви. Ложь — худший из грехов. Она способствует незаслуженному доверию и преданности».

Но… Я ничего не делала. И не подделывала свое резюме. И даже не знаю, как они заполучили его. Почему я должна унижаться из-за…

— Мисс Рокуэлл? — спрашивает Нолан.

Я поднимаю глаза и понимаю, что в комнате тихо. Дэниел снова садится, и все взгляды устремлены на меня.

— Да? — спрашиваю я покорнее, чем хотела бы признать.

Смирись с этим, Айви. Смирись. С этим.

— Вы готовы?

Я киваю и встаю, разглаживая складки на своей льняной юбке, и иду в переднюю часть комнаты. Я все равно уеду отсюда вечером, верно? Я — жалкий претендент. Я участвую в этой встрече только по предложению друга. У меня нет ни единого шанса получить эту работу.

Верно. Терять нечего.

Я выпрямляю спину и заставляю себя улыбнуться.

— Я знаю, что неопытна, — говорю я, ссылаясь на вступление Нолана. — Все идеи, которые я здесь услышала, великолепны.

Смешки от моих коллег-мужчин. Они так чертовски уверены в себе. Так уверены, что лучше меня — умнее, достойнее. Но у меня тоже хорошие идеи, и они вот-вот их услышат.

— Ну, — говорю я, слегка вздыхая. — Все они — замечательные идеи десятилетней давности.

— Что? — говорит Дэниел. Я ни на кого не смотрю, просто сосредотачиваю свой взгляд на мир за окном.

— Зона маркетинга изменилась, джентльмены. — Делаю паузу, затем смотрю на Клодетт. — И леди. Да, я не совсем соответствую тому, что влияло на нее в прошлом. Это правда. Но моя «молодость» дает мне больше преимуществ. Позвольте мне рассказать вам, что я хотела бы сделать с этим жалким подобием курорта посреди безлюдной пустоши, ближайшей достопримечательностью которого является мертвое озеро с соленой водой.

Мой взгляд устремляется к Нолану, и он улыбается. Все остальные смотрят на меня так, словно я только что придушила щенка.

Продолжай, Айви.

— О, — говорит Клодетт, прижимая руку к сердцу, как будто я оскорбила лично ее. — Я не могу дождаться, чтобы услышать это.

Я поворачиваюсь обратно к Нолану.