— Он бы тебя не бросил. Но нам с ним суждено быть вместе. У тебя есть еще двое мужчин, которых ты хочешь - ты могла бы просто забрать их. Но нет, ты оказалась жадной. Я хочу Нокса.

Господи, все это ради того, чтобы вернуть Нокса? Она действительно думает, что так она сможет его завоевать? Моника даже не осознает, насколько она на самом деле безумна.

— Ну, он не хочет тебя. И я тут точно ни при чем.

— Может, и нет. Но без тебя у него не останется другого выбора. — Ее улыбка по-прежнему остается приятной. Что делает ситуацию еще более тревожной. — И я буду той, кто поможет ему искать его пропавшую девушку. Через несколько недель он поймет, что ты не вернешься, и увидит, как я изменилась. Что я не монстр, каким он представляет меня в своей голове, а хороший человек, который помогает ему искать пропавшую девушку, который всегда рядом, чтобы утешить его, когда ему это нужно. Он поймет, что девушка, которую он действительно хочет, все это время была у него прямо под носом.

Она явно живет в мире иллюзий, если думает, что Нокс когда-либо снова поведется на ее ложь и манипуляции. Но моя грудь все еще сжимается от беспокойства. Без меня, и с разбитым сердцем, Нокс будет более уязвим, чем когда-либо. Уязвим для ее обмана и манипуляций.

— Ты собираешься в Джулиард, верно? — Ее палец небрежно скользит по ободку стакана, который находится вне пределов моей досягаемости. — Может быть, если ты пообещаешь держаться подальше от Нокса, и полностью порвать с ним, я отпущу тебя.

Я даже не спрашиваю, откуда она знает про Джулиард. Я фыркаю.

— Ты бы не притащила меня сюда, если бы планировала отпустить. Я знала, что ты ебанутая, Моника, но я не думала, что ты убийца.

Неудивительно, что Нокс повелся на ее уловки, когда они были моложе. В ту ночь, когда она спасла меня от Джеремайи, она убедила меня, что в ней есть хоть что-то хорошего. Я ошибалась.

— Я не убийца. — Она хватает стакан с водой и подносит к моим губам.

Я изучаю стакан. Меня охватывает отчаянное желание выпить всю воду до последней капли. Но что, если она что-то подмешала в воду? Она определенно пропитала чем-то тряпку, которой закрыла мне рот и нос. Конечно, она скажет, что не убийца, чтобы создать ложное чувство безопасности, прежде чем заставить меня выпить яд. Чтобы навсегда убрать меня со своего пути.

Она закатывает глаза, видя мою нерешительность.

— Расслабься. Это просто вода. — Когда я по-прежнему отказываюсь пить, она делает большой глоток и сглатывает. — Видишь?

Когда она снова подносит стакан к моим губам, я принимаю предложение. Каждая клеточка моего тела отчаянно требует воды, чтобы предотвратить обезвоживание.

Как только я заканчиваю пить, Моника ставит стакан обратно на пол и встает.

— Я просто хочу, чтобы Нокс увидел, что я готова на все ради него. Наши отношения теперь могут быть другими. Даже лучше, чем раньше.

— Все будет лучше, чем дерьмо, — рычу я. — Но ты все равно не можешь дать ему ничего лучшего, чем это.

Ее губы сжимаются в опасной гримасе, и часть меня жалеет, что я не могу забрать эти слова обратно. Но другая часть ни на секунду не сожалеет о них. Нокс заслуживает гораздо лучшего, чем она.

Ее ботинок задевает мою ногу. Я пытаюсь отползти в сторону, но не успеваю далеко и быстро отползти, как ее ботинок толкает мою ногу в сторону и наступает мне на лодыжку.

За секунду до распирающей боли раздается хруст, и я кричу. Все мое тело покрывается испариной, когда меня поглощает боль, в глазах темнеет, а лодыжка пульсирует в агонии – теперь она единственная часть моего тела, которую я могу чувствовать.

Я никогда раньше не ломала кости, но я уверена, что она только что сломала мне гребаную лодыжку.

— Я сказала, что не убью тебя. — Моника сжимает губы, глядя на меня со смесью презрения и безразличия. Как будто я не больше, чем муравей, которого она раздавила своим ботинком. — Но я не говорила, что не сломаю тебя.

Она запихивает кляп обратно мне в рот и оставляет меня на полу корчиться и дергаться в попытках освободиться от пут. Мне нужно убираться отсюда к чертовой матери. Я не могу оставаться здесь больше ни секунды. Кто знает, что еще она со мной сделает.

Моника тихо поднимается обратно по лестнице. А когда она уже собирается выйти за дверь, она оборачивается ко мне с улыбкой.

— И я также не говорила, что не дам тебе умереть.

Глава 34

Глава 34

Финн

Еще один день. Еще один день без Авроры. Без малейшего представления о том, где она и что с ней случилось.

Моя кожа словно стала панцирем, из которого я вырос. Панцирем, который хочется содрать и сбросить.

Без нее все кажется чрезмерным. Слишком громким, слишком тихим, слишком ярким, слишком темным.

Поисковые группы собираются в районе кампуса. Прошло более шестидесяти часов с тех пор, как мы вернулись домой и обнаружили, что ее там нет. Осталось двенадцать часов.

По прошествии семидесяти двух часов наши шансы найти ее сведутся практически к нулю.