Моника ничего не делает, если в этом нет выгоды для нее. Она уже ясно дала понять, что не хочет, чтобы мы с Авророй были вместе. Та Моника, которую я помню, была бы в восторге, чуть ли не плясала бы от радости, получив то, что хотела.

Наконец, Моника снова смотрит на меня, но уже с выражением обиды на лице.

— Я бы хотела, чтобы ты не считал меня таким монстром.

Я пожимаю плечами.

— А я бы хотел, чтобы ты не вела себя как монстр.

Она качает головой, прикусив губу, как будто мои слова действительно задели ее.

— Я изменилась. Старшая школа закончилась четыре года назад, Нокс. Люди взрослеют, разбираются в своих проблемах. Я пытаюсь доказать тебе это.

Я ломаю голову, пытаясь вспомнить хоть что-то, что сделала Моника, чтобы доказать, что она уже не тот ужасный человек, каким была в старших классах. Она призывала меня порвать с Авророй и быть с ней. Но сейчас она помогает развешивать объявления о пропаже девушки, которая ей не нравится. И именно она вмешалась, когда Джеремайя появился в кампусе, чтобы напасть на Аврору. Она отвела ее в безопасное место и купила ей напиток, чтобы успокоить нервы, пока не появились мы.

— Я понимаю, что ты не хочешь быть со мной. — Слова слетают с ее губ решительно. Как будто она наконец-то смирилась с этим. — Я не заслуживаю второго шанса. Не после того, как я с тобой обходилась. Но я все еще забочусь о тебе и хочу, чтобы ты был счастлив. — Она кивает на улыбающееся красивое лицо Авроры на листовке. — И если Аврора пропала, она может быть в опасности, поэтому, конечно, я хочу помочь тебе найти ее.

Я все еще мог бы послать ее нахуй. Сказать держаться от меня подальше, что бы ни происходило. Но Аврора важнее, и чем больше людей будут ее искать, тем лучше.

Моника остается рядом со мной до конца дня, но почти ничего не говорит. А в те редкие моменты, когда мы все-таки разговариваем, наша беседа всегда сосредоточена на Авроре.

Я заглядываю ей через плечо, когда она публикует посты в социальных сетях с просьбой к незнакомцам помочь в поисках. Она отвечает на поток комментариев, указывая людям, куда они могут сообщать о том, что видели и как они могут помочь распространить информацию.

То, что у нас с Моникой непростое прошлое, не означает, что она испытывает неприязнь к Авроре. Она уже помогала Авроре раньше и теперь готова помочь снова.

На этот раз Моника действительно кажется искренней. Кажется, она действительно переживает из-за исчезновения Авроры. Возможно, она права - возможно, она уже не тот монстр, каким была раньше. Я изменился со времен старшей школы. Сильно изменился. Возможно, и она тоже.

Ради того парня, который попадет в ее ловушку следующим, я надеюсь, что это правда.

Глава 33

Глава 33

Аврора

Я уже потеряла счет времени к тому моменту, когда дверь подвала наконец со скрипом открывается.

Сколько часов я здесь нахожусь? Дней? У меня пересохло в горле. Я никогда в жизни не испытывала такой жажды и голода. Даже зрение, кажется, ухудшилось из-за того скудного количества света, что просачивается из-под двери. В этом сыром, пустом подвале нет ни одного окна, которое напоминало бы мне о мире за этими четырьмя стенами.

Стакан с несвежей водой по-прежнему стоит вне моей досягаемости - форма пытки, которую я не пожелала бы даже злейшему врагу. Без воды я долго не протяну. Мой разум уже затуманен от обезвоживания, и мир слегка покачивается.

Но обезвоживание сейчас - наименьшая из моих проблем.

Каждый зловещий шаг, скрипящий по деревянной лестнице, наполняет мой живот леденящим ужасом.

Джеремайя наконец-то получил то, чего хотел. Меня, полностью принадлежащую ему. И “Дьяволов” нет рядом, чтобы спасти меня.

Я зажмуриваю глаза, не в силах вынести смотреть на то, как он спускается по лестнице и подходит ко мне. Прикасается ко мне. Зовет меня по имени. Причиняет мне боль всеми способами, о которых он фантазировал с тех пор, как я ушла.

Мой желудок опускается все ниже и ниже с каждым его шагом, приближающим его ко мне. Пока он не останавливается. Раздается тихий щелчок его колена, когда он приседает передо мной, и я, наконец, осмеливаюсь открыть глаза.

Но передо мной не Джеремайя.

Моника с улыбкой вытаскивает кляп у меня изо рта.

Во рту настоящая пустыня, я кашляю несколько раз, прежде чем удается прохрипеть одно единственное слово.

— Ты?

Моника - та, кто притащила меня сюда. Это она вырубила меня и похитила. Это она вломилась в наш дом и украла мои вещи. Неужели это она преследовала нас? Мысли мечутся в голове, но я не могу понять зачем.

— Я. — Она хлопает ресницами, и ее голос звучит так бодро, так весело, что любой, кто услышал бы ее, не заподозрил бы, что она держит меня здесь против воли.

— Зачем ты это делаешь? — Мои запястья дергаются в стягивающих их пластиковых стяжках. Еще одна тщетная попытка вырваться. — Какого черта ты притащила меня сюда?

Она вздыхает.